1
И было [после сего] во дни Артаксеркса, — этот Артаксеркс царствовал над ста двадцатью семью областями от Индии и до Ефиопии, —
Было это во времена царя Артаксе́ркса — того Артаксеркса, что царствовал над ста двадцатью семью областями, от Индии до Ку́ша.
Это произошло во времена Ксеркса — того самого Ксеркса, который правил ста двадцатью семью провинциями, простирающимися от Индии до самого Куша.
І сталося за днів Ахашвероша, це той Ахашверош, що царював від Індії аж до Етіопії, сто й двадцять і сім округ,
Now it came to pass in the days of Ahasuerus, (this is Ahasuerus which reigned, from India even unto Ethiopia, over an hundred and seven and twenty provinces:)
וַיְהִי בִּימֵי אֲחַשְׁוֵרוֹשׁ; הוּא אֲחַשְׁוֵרוֹשׁ, הַמֹּלֵךְ מֵהֹדּוּ וְעַד־כּוּשׁ, שֶׁבַע וְעֶשְׂרִים וּמֵאָה מְדִינָה׃
2
в то время, как царь Артаксеркс сел на царский престол свой, что в Сузах, городе престольном,
В ту пору царь Артаксеркс, восседавший на царском престоле в твердыне города Су́зы,
В те времена престол царя Ксеркса находился в крепости города Сузы.
за тих днів, коли цар Ахашверош засів на троні свого царства, на замку Сузи.
That in those days, when the king Ahasuerus sat on the throne of his kingdom, which was in Shushan the palace,
בַּיָּמִים הָהֵם; כְּשֶׁבֶת הַמֶּלֶךְ אֲחַשְׁוֵרוֹשׁ, עַל כִּסֵּא מַלְכוּתוֹ, אֲשֶׁר בְּשׁוּשַׁן הַבִּירָה׃
3
в третий год своего царствования он сделал пир для всех князей своих и для служащих при нем, для главных начальников войска Персидского и Мидийского и для правителей областей своих,
устроил, на третий год своего правления, пир для всех вельмож и приближенных. Военачальники персидские и миди́йские, знать и правители областей предстали перед царем,
На третий год царствования он устроил пир для всех своих сановников и знати. Там были военачальники Персии и Мидии, знатные люди и наместники провинций.
Третього року свого царювання справив він гостину для всіх своїх князів та для своїх слуг війська перського та мідійського, старших та правителів округ,
In the third year of his reign, he made a feast unto all his princes and his servants; the power of Persia and Media, the nobles and princes of the provinces, being before him:
בִּשְׁנַת שָׁלוֹשׁ לְמָלְכוֹ, עָשָׂה מִשְׁתֶּה, לְכָל־שָׂרָיו וַעֲבָדָיו; חֵיל פָּרַס וּמָדַי, הַפַּרְתְּמִים וְשָׂרֵי הַמְּדִינוֹת לְפָנָיו׃
4
показывая великое богатство царства своего и отличный блеск величия своего {в течение} многих дней, ста восьмидесяти дней.
и он показывал им богатство и славу своего царства, пышность и блеск своего величия. Длилось это целых сто восемьдесят дней.
Целых сто восемьдесят дней показывал он великое богатство своего царства, блеск и славу своего величия.
показуючи багатство слави царства свого й пишну славу своєї величности довгі дні, сто й вісімдесят день.
When he shewed the riches of his glorious kingdom and the honour of his excellent majesty many days, even an hundred and fourscore days.
בְּהַרְאֹתוֹ, אֶת־עֹשֶׁר כְּבוֹד מַלְכוּתוֹ, וְאֶת־יְקָר, תִּפְאֶרֶת גְּדוּלָּתוֹ; יָמִים רַבִּים, שְׁמוֹנִים וּמְאַת יוֹם׃
5
По окончании сих дней, сделал царь для народа своего, находившегося в престольном городе Сузах, от большого до малого, пир семидневный на садовом дворе дома царского.
А по прошествии этих дней царь устроил всему народу, какой был в твердыне города Сузы, и знатным и простым, пир на семь дней в саду царского дворца.
Когда эти дни минули, царь устроил для всех, от малого до великого, кто только был в крепости Сузы, семидневный пир в закрытом саду царского дворца.
А по скінченні цих днів справив цар для всього народу, що знаходився в замку Сузи, від великого й аж до малого, гостину на сім день на садковому подвір"ї царського палацу.
And when these days were expired, the king made a feast unto all the people that were present in Shushan the palace, both unto great and small, seven days, in the court of the garden of the king's palace;
וּבִמְלוֹאת הַיָּמִים הָאֵלֶּה, עָשָׂה הַמֶּלֶךְ לְכָל־הָעָם הַנִּמְצְאִים בְּשׁוּשַׁן הַבִּירָה לְמִגָּדוֹל וְעַד־קָטָן מִשְׁתֶּה שִׁבְעַת יָמִים; בַּחֲצַר גִּנַּת בִּיתַן הַמֶּלֶךְ׃
6
Белые, бумажные и яхонтового цвета шерстяные ткани, прикрепленные виссонными и пурпуровыми шнурами, {висели} на серебряных кольцах и мраморных столбах.
Там растянули навесы из тонкого льна и лиловой шерсти, на шнурах из белого виссона и багряной шерсти, на серебряных перекладинах, на мраморных столбах. Ложа были золотые и серебряные, а пол выложен порфиром, мрамором, перламутром и самоцветами.
Сад был украшен завесами из белого и голубого льна, прикрепленными белыми льняными и пурпурными шнурами к серебряным кольцам на мраморных столбах. Золотые и серебряные ложа стояли на помосте, выстланном порфиром, мрамором, перламутром и другими дорогими камнями.
Біла, зелена та блакитна тканина, тримана віссоновими та пурпуровими шнурами, висіла на срібних стовпцях та мармурових колонах. Золоті та срібні ложа стояли на підлозі з плиток з зеленого, білого, жовтого й чорного мармуру.
Where were white, green, and blue, hangings, fastened with cords of fine linen and purple to silver rings and pillars of marble: the beds were of gold and silver, upon a pavement of red, and blue, and white, and black, marble.
חוּר כַּרְפַּס וּתְכֵלֶת, אָחוּז בְּחַבְלֵי־בוּץ וְאַרְגָּמָן, עַל־גְּלִילֵי כֶסֶף וְעַמּוּדֵי שֵׁשׁ; מִטּוֹת זָהָב וָכֶסֶף, עַל רִצְפַת בַּהַט־וָשֵׁשׁ וְדַר וְסֹחָרֶת׃
7
Золотые и серебряные ложа {были} на помосте, устланном камнями зеленого цвета и мрамором, и перламутром, и камнями черного цвета.
Напитки подавались в золотых чашах, самых разнообразных, и царского вина было вдоволь, от щедрот царя.
Вино подавалось в золотых кубках, среди которых не было двух одинаковых, и царского вина было по щедрости царя в изобилии.
А напої подавали в золотому посуді, в посуді все різному, і царського вина було вельми щедро, за великою спроможністю царя.
And they gave them drink in vessels of gold, (the vessels being diverse one from another,) and royal wine in abundance, according to the state of the king.
וְהַשְׁקוֹת בִּכְלֵי זָהָב, וְכֵלִים מִכֵּלִים שׁוֹנִים; וְיֵין מַלְכוּת רָב כְּיַד הַמֶּלֶךְ׃
8
Напитки подаваемы {были} в золотых сосудах и сосудах разнообразных, ценою в тридцать тысяч талантов; и вина царского было множество, по богатству царя. Питье {шло} чинно, никто не принуждал, потому что царь дал такое приказание всем управляющим в доме его, чтобы делали по воле каждого.
Постановлено было пить без принуждения — царь велел всем управителям своего дворца: пусть люди пьют, сколько пожелают.
По царскому повелению каждый гость мог пить столько, сколько хотел, потому что царь приказал виночерпиям служить всем, кто пожелает.
А пиття було за встановленим порядком, ніхто не примушував, бо цар так установив усім значним свого дому, щоб чинили за вподобою кожного.
And the drinking was according to the law; none did compel: for so the king had appointed to all the officers of his house, that they should do according to every man's pleasure.
וְהַשְּׁתִיָּה כַדָּת אֵין אֹנֵס; כִּי־כֵן יִסַּד הַמֶּלֶךְ, עַל כָּל־רַב בֵּיתוֹ, לַעֲשׂוֹת כִּרְצוֹן אִישׁ־וָאִישׁ׃
9
И царица Астинь сделала также пир для женщин в царском доме царя Артаксеркса.
А царица Вашти́ устроила пир для женщин, во дворце у царя Артаксеркса.
Царица Астинь тоже устроила пир для женщин во дворце царя Ксеркса.
Також цариця Вашті справила гостину для жінок в царському домі царя Ахашвероша.
Also Vashti the queen made a feast for the women in the royal house which belonged to king Ahasuerus.
גַּם וַשְׁתִּי הַמַּלְכָּה, עָשְׂתָה מִשְׁתֵּה נָשִׁים; בֵּית הַמַּלְכוּת, אֲשֶׁר לַמֶּלֶךְ אֲחַשְׁוֵרוֹשׁ׃
10
В седьмой день, когда развеселилось сердце царя от вина, он сказал Мегуману, Бизфе, Харбоне, Бигфе и Авагфе, Зефару и Каркасу — семи евнухам, служившим пред лицем царя Артаксеркса,
На седьмой день, развеселясь от вина, царь обратился к семи евнухам, что состояли при нем, — звали их Мехума́н, Биззета́, Харвона́, Бигта́, Авагта́, Зета́р и Карка́с —
На седьмой день, когда царь Ксеркс был весел от вина, он приказал семи евнухам, которые служили ему — Мехуману, Бизте, Харбоне, Бигте, Авагте, Зетару и Каркасу, —
Сьомого дня, коли цареві стало весело на серці від вина, він сказав Мегуманові, Біззеті, Харвоні, Біґті, і Аваґті, Зетарові та Каркасові, сімом евнухам, які служили перед обличчям царя Ахашвероша,
On the seventh day, when the heart of the king was merry with wine, he commanded Mehuman, Biztha, Harbona, Bigtha, and Abagtha, Zethar, and Carcas, the seven chamberlains that served in the presence of Ahasuerus the king,
בַּיּוֹם הַשְּׁבִיעִי, כְּטוֹב לֵב־הַמֶּלֶךְ בַּיָּיִן; אָמַר לִמְהוּמָן בִּזְּתָא חַרְבוֹנָא בִּגְתָא וַאֲבַגְתָא זֵתַר וְכַרְכַּס, שִׁבְעַת הַסָּרִיסִים, הַמְשָׁרְתִים, אֶת־פְּנֵי הַמֶּלֶךְ אֲחַשְׁוֵרוֹשׁ׃
11
чтобы они привели царицу Астинь пред лице царя в венце царском для того, чтобы показать народам и князьям красоту ее; потому что она была очень красива.
и велел привести к нему царицу Вашти в царском венце, чтобы показать народу и вельможам ее красоту (она была очень красивая женщина).
привести к нему царицу Астинь в ее царской короне, чтобы показать ее красоту народу и сановникам, ведь облик ее был прекрасен.
привести царицю Вашті перед цареве обличчя в короні царській, щоб показати народам та зверхникам її красу, бо була вона вродливого вигляду.
To bring Vashti the queen before the king with the crown royal, to shew the people and the princes her beauty: for she was fair to look on.
לְהָבִיא אֶת־וַשְׁתִּי הַמַּלְכָּה לִפְנֵי הַמֶּלֶךְ בְּכֶתֶר מַלְכוּת; לְהַרְאוֹת הָעַמִּים וְהַשָּׂרִים אֶת־יָפְיָהּ, כִּי־טוֹבַת מַרְאֶה הִיא׃
12
Но царица Астинь не захотела прийти по приказанию царя, {объявленному} чрез евнухов.
Но когда евнухи передали ей веление царя, царица Вашти отказалась прийти. Сильно разгневался царь, ярость охватила его.
Но царица Астинь отказалась прийти по приказу царя, переданному через евнухов. Тогда царь пришел в ярость и воспылал гневом.
Та цариця Вашті відмовилася прийти за царським словом, що було передане їй через евнухів. І сильно загнівався цар, і в ньому горіла його лютість!
But the queen Vashti refused to come at the king's commandment by his chamberlains: therefore was the king very wroth, and his anger burned in him.
וַתְּמָאֵן הַמַּלְכָּה וַשְׁתִּי, לָבוֹא בִּדְבַר הַמֶּלֶךְ, אֲשֶׁר בְּיַד הַסָּרִיסִים; וַיִּקְצֹף הַמֶּלֶךְ מְאֹד, וַחֲמָתוֹ בָּעֲרָה בוֹ׃
13
И разгневался царь сильно, и ярость его загорелась в нем. И сказал царь мудрецам, знающим {прежние} времена — ибо дела царя {делались} пред всеми знающими закон и права, —
Царь обратился к мудрецам, знающим времена, — он имел обыкновение советоваться с людьми, сведущими в законах и праве.
Он стал советоваться с мудрецами, знающими времена (потому что в обычае у царя было советоваться со всеми, кто был сведущ в законах и обычаях,
І сказав цар до мудреців, що знають часи бо так царська справа йшла перед усіма, що знали закона та право,
Then the king said to the wise men, which knew the times, (for so was the king's manner toward all that knew law and judgment:
וַיֹּאמֶר הַמֶּלֶךְ, לַחֲכָמִים יֹדְעֵי הָעִתִּים; כִּי־כֵן דְּבַר הַמֶּלֶךְ, לִפְנֵי כָּל־יֹדְעֵי דָּת וָדִין׃
14
приближенными же к нему {тогда были:} Каршена, Шефар, Адмафа, Фарсис, Мерес, Марсена, Мемухан — семь князей Персидских и Мидийских, которые могли видеть лице царя {и} сидели первыми в царстве:
Тогда к нему были особо приближены Каршена́, Шета́р, Адма́та, Тарши́ш, Ме́рес, Марсена́ и Мемуха́н — семеро вельмож персидских и мидийских, которые имели право входить к царю и были первыми людьми в царстве.
а ближайшими к нему были Каршена, Шетар, Адмата, Таршиш, Мерес, Марсена и Мемухан — семеро сановников Персии и Мидии, у которых был особый доступ к царю и которые стояли выше всех в царстве):
а близькими до нього були: Каршена, Шетар, Адмата, Паршіш, Мерес, Марсена, Мемухан, сім князів перських та мідійських, які бачать цареве обличчя й сидять перші в царстві:
And the next unto him was Carshena, Shethar, Admatha, Tarshish, Meres, Marsena, and Memucan, the seven princes of Persia and Media, which saw the king's face, and which sat the first in the kingdom;)
וְהַקָּרֹב אֵלָיו, כַּרְשְׁנָא שֵׁתָר אַדְמָתָא תַרְשִׁישׁ, מֶרֶס מַרְסְנָא מְמוּכָן; שִׁבְעַת שָׂרֵי פָּרַס וּמָדַי, רֹאֵי פְּנֵי הַמֶּלֶךְ, הַיֹּשְׁבִים רִאשֹׁנָה בַּמַּלְכוּת׃
15
как поступить по закону с царицею Астинь за то, что она не сделала по слову царя Артаксеркса, {объявленному} чрез евнухов?
«Как по закону полагается поступить с царицей Вашти, которая не послушалась слов царя Артаксеркса, переданных евнухами?» — спросил царь.
— Как по закону следует поступить с царицей Астинь, раз она не исполнила повеление царя Ксеркса, переданное ей через евнухов?
Як велить закон, щоб зробити з царицею Вашті за те, що не виконала слова царя Ахашвероша, переданого їй через евнухів?
What shall we do unto the queen Vashti according to law, because she hath not performed the commandment of the king Ahasuerus by the chamberlains?
כְּדָת מַה־לַּעֲשׂוֹת, בַּמַּלְכָּה וַשְׁתִּי; עַל אֲשֶׁר לֹא־עָשְׂתָה, אֶת־מַאֲמַר הַמֶּלֶךְ אֲחַשְׁוֵרוֹשׁ, בְּיַד הַסָּרִיסִים׃
16
И сказал Мемухан пред лицем царя и князей: не пред царем одним виновна царица Астинь, а пред всеми князьями и пред всеми народами, которые по всем областям царя Артаксеркса;
И сказал Мемухан царю и вельможам: «Не только перед царем провинилась царица Вашти, но и перед всеми вельможами, и перед всеми народами, что населяют владения царя Артаксеркса.
Мемухан сказал царю и сановникам: — Царица Астинь виновна не только перед царем, но и перед всеми его сановниками и народами всех провинций царя Ксеркса.
І сказав Мемухан перед царем та князями: Не перед самим царем провинилася цариця Вашті, але й перед усіма князями та перед усіма народами, що по всіх округах царя Ахашвероша.
And Memucan answered before the king and the princes, Vashti the queen hath not done wrong to the king only, but also to all the princes, and to all the people that are in all the provinces of the king Ahasuerus.
וַיֹּאמֶר מוּמְכָן (מְמוּכָן), לִפְנֵי הַמֶּלֶךְ וְהַשָּׂרִים, לֹא עַל־הַמֶּלֶךְ לְבַדּוֹ, עָוְתָה וַשְׁתִּי הַמַּלְכָּה; כִּי עַל־כָּל־הַשָּׂרִים וְעַל־כָּל־הָעַמִּים, אֲשֶׁר בְּכָל־מְדִינוֹת הַמֶּלֶךְ אֲחַשְׁוֵרוֹשׁ׃
17
потому что поступок царицы дойдет до всех жен, и они будут пренебрегать мужьями своими и говорить: царь Артаксеркс велел привести царицу Астинь пред лице свое, а она не пошла.
Все женщины узнают о поступке царицы и перестанут уважать своих мужей. Будут говорить: "Сам царь Артаксеркс велел привести к себе царицу Вашти, а она не пошла".
Теперь о поступке царицы узнают все женщины и начнут презирать своих мужей, говоря: «Царь Ксеркс повелел привести к нему царицу Астинь, а она не пришла».
Бо царицин учинок дійде до всіх жінок, і спричиниться до погордження їхніх чоловіків в їхніх очах, бо будуть говорити: Цар Ахашверош сказав був привести царицю перед обличчя своє, та вона не прийшла!
For this deed of the queen shall come abroad unto all women, so that they shall despise their husbands in their eyes, when it shall be reported, The king Ahasuerus commanded Vashti the queen to be brought in before him, but she came not.
כִּי־יֵצֵא דְבַר־הַמַּלְכָּה עַל־כָּל־הַנָּשִׁים, לְהַבְזוֹת בַּעְלֵיהֶן בְּעֵינֵיהֶן; בְּאָמְרָם, הַמֶּלֶךְ אֲחַשְׁוֵרוֹשׁ אָמַר לְהָבִיא אֶת־וַשְׁתִּי הַמַּלְכָּה לְפָנָיו וְלֹא־בָאָה׃
18
Теперь княгини Персидские и Мидийские, которые услышат о поступке царицы, будут {то же} говорить всем князьям царя; и пренебрежения и огорчения будет довольно.
Знатные женщины, персидские и мидийские, слышали о поступке царицы — сегодня же они расскажут об этом всем царским вельможам, и тогда срама и раздоров не оберешься.
Сегодня же знатные женщины Персии и Мидии, услышав о поступке царицы, взбунтуются против своих мужей, и тогда презрению жен и гневу мужей не будет конца!
І цього дня казатимуть те саме княгині перські та мідійські, що почують про царицин учинок, до всіх царських князів, і буде багато погорди та гніву!
Likewise shall the ladies of Persia and Media say this day unto all the king's princes, which have heard of the deed of the queen. Thus shall there arise too much contempt and wrath.
וְהַיּוֹם הַזֶּה תֹּאמַרְנָה שָׂרוֹת פָּרַס־וּמָדַי, אֲשֶׁר שָׁמְעוּ אֶת־דְּבַר הַמַּלְכָּה, לְכֹל שָׂרֵי הַמֶּלֶךְ; וּכְדַי בִּזָּיוֹן וָקָצֶף׃
19
Если благоугодно царю, пусть выйдет от него царское постановление и впишется в законы Персидские и Мидийские и не отменяется, о том, что Астинь не будет входить пред лице царя Артаксеркса, а царское достоинство ее царь передаст другой, которая лучше ее.
Если царю угодно, да соблаговолит он издать непреложный указ, записать в законы Персии и Мидии: пусть Вашти больше не является к царю Артаксерксу. А царицей пусть он сделает другую женщину, лучше этой.
Поэтому, если угодно царю, пусть он издаст указ, что Астинь никогда больше не войдет к царю Ксерксу. Пусть это будет занесено в законы Персии и Мидии, которые не отменяются. И пусть царь отдаст ее царский сан другой, которая будет лучше нее.
Якщо цареві це добре, нехай вийде царський наказ від нього й нехай буде записане в законах Персії та Мідії, і нехай не поминеться, щоб Вашті більш не приходила перед обличчя царя Ахашвероша, а її царювання цар дасть іншій, ліпшій від неї.
If it please the king, let there go a royal commandment from him, and let it be written among the laws of the Persians and the Medes, that it be not altered, That Vashti come no more before king Ahasuerus; and let the king give her royal estate unto another that is better than she.
אִם־עַל־הַמֶּלֶךְ טוֹב, יֵצֵא דְבַר־מַלְכוּת מִלְּפָנָיו, וְיִכָּתֵב בְּדָתֵי פָרַס־וּמָדַי וְלֹא יַעֲבוֹר; אֲשֶׁר לֹא־תָבוֹא וַשְׁתִּי, לִפְנֵי הַמֶּלֶךְ אֲחַשְׁוֵרוֹשׁ, וּמַלְכוּתָהּ יִתֵּן הַמֶּלֶךְ, לִרְעוּתָהּ הַטּוֹבָה מִמֶּנָּה׃
20
Когда услышат о сем постановлении царя, которое разойдется по всему царству его, как оно ни велико, тогда все жены будут почитать мужей своих, от большого до малого.
И когда этот указ, изданный царем, огласят по всему обширному царству, то все женщины станут почитать своих мужей — и в высших сословиях, и в низших».
И когда царский указ будет провозглашен по всему огромному царству, все женщины будут чтить своих мужей, от малого до великого.
А коли почується царський наказ, який цар зробить відомим у всім своїм царстві, хоч яке велике воно, то всі жінки віддадуть честь своїм чоловікам, від великого й аж до малого.
And when the king's decree which he shall make shall be published throughout all his empire, (for it is great,) all the wives shall give to their husbands honour, both to great and small.
וְנִשְׁמַע פִּתְגָם הַמֶּלֶךְ אֲשֶׁר־יַעֲשֶׂה בְּכָל־מַלְכוּתוֹ, כִּי רַבָּה הִיא; וְכָל־הַנָּשִׁים, יִתְּנוּ יְקָר לְבַעְלֵיהֶן, לְמִגָּדוֹל וְעַד־קָטָן׃
21
И угодно было слово сие в глазах царя и князей; и сделал царь по слову Мемухана.
Эти слова пришлись по душе царю и вельможам. И царь, следуя совету Мемухана,
Этот совет понравился царю и его сановникам, и царь сделал так, как предлагал Мемухан.
І була приємна ця рада в очах царя та князів, і цар зробив за Мемухановим словом.
And the saying pleased the king and the princes; and the king did according to the word of Memucan:
וַיִּיטַב הַדָּבָר, בְּעֵינֵי הַמֶּלֶךְ וְהַשָּׂרִים; וַיַּעַשׂ הַמֶּלֶךְ כִּדְבַר מְמוּכָן׃
22
И послал во все области царя письма, писанные в каждую область письменами ее и к каждому народу на языке его, чтобы всякий муж был господином в доме своем, и чтобы это было объявлено каждому на природном языке его.
отправил послания во все владения свои — в каждую область местными письменами, каждому народу на его языке. «Пусть мужчина будет господином в своем доме», — провозгласили на всех языках.
Он отправил послания во все части царства, в каждую провинцию ее письменами и каждому народу — на его языке, что каждый мужчина должен быть господином в своем доме. Об этом объявили на всех языках.
І порозсилав він листи до всіх царських округ, до кожної округи письмом її, і до кожного народу мовою його, щоб кожен чоловік був паном у домі своєму, і говорив про це мовою свого народу.
For he sent letters into all the king's provinces, into every province according to the writing thereof, and to every people after their language, that every man should bear rule in his own house, and that it should be published according to the language of every people.
וַיִּשְׁלַח סְפָרִים אֶל־כָּל־מְדִינוֹת הַמֶּלֶךְ, אֶל־מְדִינָה וּמְדִינָה כִּכְתָבָהּ, וְאֶל־עַם וָעָם כִּלְשׁוֹנוֹ; לִהְיוֹת כָּל־אִישׁ שֹׂרֵר בְּבֵיתוֹ, וּמְדַבֵּר כִּלְשׁוֹן עַמּוֹ׃