1
И помни Создателя твоего в дни юности твоей, доколе не пришли тяжелые дни и не наступили годы, о которых ты будешь говорить: "нет мне удовольствия в них!"
С юности помни Творца, пока еще не настали злые дни и годы, о которых скажешь «не хочу их»,
Помни своего Создателя в дни юности своей, пока не настали тяжелые дни, и не приблизились годы, о которых ты скажешь: «Я не нахожу в них удовольствия!»
І пам"ятай в днях юнацтва свого про свого Творця, аж поки не прийдуть злі дні, й не наступлять літа, про які говорити ти будеш: Для мене вони неприємні!
Remember now thy Creator in the days of thy youth, while the evil days come not, nor the years draw nigh, when thou shalt say, I have no pleasure in them;
וּזְכֹר אֶת־בּוֹרְאֶיךָ, בִּימֵי בְּחוּרֹתֶיךָ; עַד אֲשֶׁר לֹא־יָבֹאוּ יְמֵי הָרָעָה, וְהִגִּיעוּ שָׁנִים, אֲשֶׁר תֹּאמַר, אֵין־לִי בָהֶם חֵפֶץ׃
2
доколе не померкли солнце и свет и луна и звезды, и не нашли новые тучи вслед за дождем.
когда потемнеют солнце, и свет, и луна, и звезды, и едва пройдет дождь, как снова надвинутся тучи.
Пока не перестали сиять солнце, и свет, и луна, и звезды, и не вернулись тучи после дождя.
аж поки не стемніє сонце, і світло, і місяць, і зорі, і не вернуться хмари густі за дощем,
While the sun, or the light, or the moon, or the stars, be not darkened, nor the clouds return after the rain:
עַד אֲשֶׁר לֹא־תֶחְשַׁךְ הַשֶּׁמֶשׁ וְהָאוֹר, וְהַיָּרֵחַ וְהַכּוֹכָבִים; וְשָׁבוּ הֶעָבִים אַחַר הַגָּשֶׁם׃
3
В тот день, когда задрожат стерегущие дом и согнутся мужи силы; и перестанут молоть мелющие, потому что их немного осталось; и помрачатся смотрящие в окно;
Когда стражники станут трястись, и сильные скрючатся, и те, что мелют, не смогут молоть — слишком мало их будет, а те, что глядят в окна, уже ничего не увидят.
Придет день, когда задрожат стерегущие дом, и сильные мужчины согнутся, и мелющие женщины перестанут молоть, потому что осталось их немного, и помрачатся смотрящие в окно;
у день, коли затремтять ті, хто дім стереже, і зігнуться мужні, і спинять роботу свою млинарі, бо їх стане мало, і потемніють ті, хто в вікно визирає,
In the day when the keepers of the house shall tremble, and the strong men shall bow themselves, and the grinders cease because they are few, and those that look out of the windows be darkened,
בַּיּוֹם, שֶׁיָּזֻעוּ שֹׁמְרֵי הַבַּיִת, וְהִתְעַוְּתוּ אַנְשֵׁי הֶחָיִל; וּבָטְלוּ הַטֹּחֲנוֹת כִּי מִעֵטוּ, וְחָשְׁכוּ הָרֹאוֹת בָּאֲרֻבּוֹת׃
4
и запираться будут двери на улицу; когда замолкнет звук жернова, и будет вставать {человек} по крику петуха и замолкнут дщери пения;
Закроются двери на улицу, и стихнет звук жерновов; будешь просыпаться от первого же крика птицы, и все поющие смолкнут.
когда будут запираться двери на улицу и затихнет звук жернова; когда человек будет просыпаться даже от щебета птиц, и умолкнут все песни;
і двері подвійні на вулицю замкнені будуть, як зменшиться гуркіт млина, і голос пташини замовкне, і затихнуть всі дочки співучі,
And the doors shall be shut in the streets, when the sound of the grinding is low, and he shall rise up at the voice of the bird, and all the daughters of musick shall be brought low;
וְסֻגְּרוּ דְלָתַיִם בַּשּׁוּק, בִּשְׁפַל קוֹל הַטַּחֲנָה; וְיָקוּם לְקוֹל הַצִּפּוֹר, וְיִשַּׁחוּ כָּל־בְּנוֹת הַשִּׁיר׃
5
и высоты будут им страшны, и на дороге ужасы; и зацветет миндаль, и отяжелеет кузнечик, и рассыплется каперс. Ибо отходит человек в вечный дом свой, и готовы окружить его по улице плакальщицы; —
Устрашишься высот, а на дороге — ужасы; зацветет миндаль, отяжелеет кузнечик, и осыплется каперс. Человек уходит в свой вечный дом, и плакальщики по улице кружатся.
когда люди будут бояться высоты и опасностей на улице; когда расцветет миндаль, и отяжелеет кузнечик, и осыплется каперс. Ведь человек отправляется в свой вечный дом, и плакальщицы проходят по улицам.
і будуть боятись високого місця, і жахи в дорозі їм будуть, і мигдаль зацвіте, й обтяжіє кобилка, і загине бажання, бо людина відходить до вічного дому свого, а по вулиці будуть ходити довкола голосільники,
Also when they shall be afraid of that which is high, and fears shall be in the way, and the almond tree shall flourish, and the grasshopper shall be a burden, and desire shall fail: because man goeth to his long home, and the mourners go about the streets:
גַּם מִגָּבֹהַּ יִרָאוּ וְחַתְחַתִּים בַּדֶּרֶךְ, וְיָנֵאץ הַשָּׁקֵד וְיִסְתַּבֵּל הֶחָגָב, וְתָפֵר הָאֲבִיּוֹנָה; כִּי־הֹלֵךְ הָאָדָם אֶל־בֵּית עוֹלָמוֹ, וְסָבְבוּ בַשּׁוּק הַסֹּפְדִים׃
6
доколе не порвалась серебряная цепочка, и не разорвалась золотая повязка, и не разбился кувшин у источника, и не обрушилось колесо над колодезем.
Пока еще не порвался серебряный шнур, и не раскололась золотая чаша, и не разбился кувшин у источника, и не обрушилось колесо над колодцем —
Поэтому помни Его, пока не порвалась серебряная цепочка, и не раскололась золотая чаша, пока не разбился кувшин у источника, и не обрушилось колесо над колодцем.
аж поки не пірветься срібний шнурок, і не зломиться кругла посудина з золота, і при джерелі не розіб"ється глек, і не зламається коло, й не руне в криницю...
Or ever the silver cord be loosed, or the golden bowl be broken, or the pitcher be broken at the fountain, or the wheel broken at the cistern.
עַד אֲשֶׁר לֹא־יִרחַק (יֵרָתֵק) חֶבֶל הַכֶּסֶף, וְתָרֻץ גֻּלַּת הַזָּהָב; וְתִשָּׁבֶר כַּד עַל־הַמַּבּוּעַ, וְנָרֹץ הַגַּלְגַּל אֶל־הַבּוֹר׃
7
И возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратился к Богу, Который дал его.
и прах станет пылью земною, которою был, дух же вернется к Богу, который его дал.
И тогда тело вернется в землю, откуда оно и было взято, а дух вернется к Богу, Который дал его.
І вернеться порох у землю, як був, а дух вернеться знову до Бога, що дав був його!
Then shall the dust return to the earth as it was: and the spirit shall return unto God who gave it.
וְיָשֹׁב הֶעָפָר עַל־הָאָרֶץ כְּשֶׁהָיָה; וְהָרוּחַ תָּשׁוּב, אֶל־הָאֱלֹהִים אֲשֶׁר נְתָנָהּ׃
8
Суета сует, сказал Екклесиаст, все — суета!
Пустая тщета, — сказал Проповедник, — все пустое.
«Суета сует! — сказал Екклесиаст. – Все суета!»
Наймарніша марнота, сказав Проповідник, марнота усе!...
Vanity of vanities, saith the preacher; all is vanity.
הֲבֵל הֲבָלִים אָמַר הַקּוֹהֶלֶת הַכֹּל הָבֶל׃
9
Кроме того, что Екклесиаст был мудр, он учил еще народ знанию. Он {все} испытывал, исследовал, {и} составил много притчей.
Проповедник был мудр и учил народ; он обдумал, изучил и собрал множество речений.
Екклесиаст не только был мудрым, но и передавал знания народу. Он обдумал, исследовал и записал много мудрых изречений.
Крім того, що Проповідник був мудрий, він навчав ще народ знання. Він важив та досліджував, склав багато приповістей.
And moreover, because the preacher was wise, he still taught the people knowledge; yea, he gave good heed, and sought out, and set in order many proverbs.
וְיֹתֵר שֶׁהָיָה קֹהֶלֶת חָכָם; עוֹד, לִמַּד־דַּעַת אֶת־הָעָם, וְאִזֵּן וְחִקֵּר, תִּקֵּן מְשָׁלִים הַרְבֵּה׃
10
Старался Екклесиаст приискивать изящные изречения, и слова истины написаны {им} верно.
Искал Проповедник меткие слова, и слова истины записал он верно.
Екклесиаст старался подбирать красивые выражения и верно записал слова истины.
Проповідник пильнував знаходити потрібні слова, і вірно писав правдиві слова.
The preacher sought to find out acceptable words: and that which was written was upright, even words of truth.
בִּקֵּשׁ קֹהֶלֶת, לִמְצֹא דִּבְרֵי־חֵפֶץ; וְכָתוּב יֹשֶׁר דִּבְרֵי אֱמֶת׃
11
Слова мудрых — как иглы и как вбитые гвозди, и составители их — от единого пастыря.
Речи мудрых — это стрекало, и собранные пословицы — как колышки, вбитые одним пастухом.
Слова мудрецов подобны стрекалу, которым пастухи подгоняют скот, и собранные пословицы закрепляются в сознании, словно прочно вбитые гвозди. Они даны одним пастухом.
Слова мудрих немов оті леза в ґірлизі, і мов позабивані цвяхи, складачі ж таких слів, вони дані від одного Пастиря.
The words of the wise are as goads, and as nails fastened by the masters of assemblies, which are given from one shepherd.
דִּבְרֵי חֲכָמִים כַּדָּרְבֹנוֹת, וּכְמַשְׂמְרוֹת נְטוּעִים בַּעֲלֵי אֲסֻפּוֹת; נִתְּנוּ מֵרֹעֶה אֶחָד׃
12
А что сверх всего этого, сын мой, того берегись: составлять много книг — конца не будет, и много читать — утомительно для тела.
И остерегись, сын мой, составлять множество книг — конца не будет, а непомерные усилия тебя утомят.
Берегись, сын мой, того, что сверх этого: книги можно составлять без конца, и усиленное изучение утомляет тело.
А понад те, сину мій, будь обережний: складати багато книжок не буде кінця, а багато навчатися мука для тіла!
And further, by these, my son, be admonished: of making many books there is no end; and much study is a weariness of the flesh.
וְיֹתֵר מֵהֵמָּה בְּנִי הִזָּהֵר; עֲשׂוֹת סְפָרִים הַרְבֵּה אֵין קֵץ, וְלַהַג הַרְבֵּה יְגִעַת בָּשָׂר׃
13
Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека;
Выслушаем заключение: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, ибо в этом — весь человек.
Теперь, когда все было услышано, вот заключение: бойся Бога и соблюдай Его повеления, ведь это все, что важно для человека,
Підсумок усього почутого: Бога бійся, й чини Його заповіді, бо належить це кожній людині!
Let us hear the conclusion of the whole matter: Fear God, and keep his commandments: for this is the whole duty of man.
סוֹף דָּבָר הַכֹּל נִשְׁמָע; אֶת־הָאֱלֹהִים יְרָא וְאֶת־מִצְוֹתָיו שְׁמוֹר, כִּי־זֶה כָּל־הָאָדָם׃
14
ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно, или худо.
Всякое дело приведет Бог на суд — все сокрытое, и доброе и злое.
потому что Бог приведет каждое дело на суд, включая и то, что сокрыто, будь оно хорошим или плохим.
Бо Бог приведе кожну справу на суд, і все потаємне, чи добре воно, чи лихе!
For God shall bring every work into judgment, with every secret thing, whether it be good, or whether it be evil.
כִּי אֶת־כָּל־מַעֲשֶׂה, הָאֱלֹהִים יָבִא בְמִשְׁפָּט עַל כָּל־נֶעְלָם; אִם־טוֹב וְאִם־רָע׃