Первое послание к Коринфянам | 1 Corinthians | Α΄ Ἐπιστολή πρὸς Κορινθίους, Глава 13

Русская Синодальная
Синодальный перевод Библии (1876, СП)

Русская РБО
Современный перевод Российского Библейского Общества (2011, РБО)

Русская Библия НРП
Новый русский перевод (2010, НРП)

Украинская Библия
Перевод Ивана Огиенко (1962, UBIO)

Библия короля Якова
Библия короля Якова (1769, KJV)

Оригинальный текст
Ветхий Завет на иврите (Ленинградский кодекс, 1008, WLC) и Новый Завет на греческом (издание Весткотта-Хорта, 1881, WH)

Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий.

Если я владею языками людей и даже ангелов, но любви у меня нет — я только меди звон и литавр грохот.

Если я говорю языками человеческими и ангельскими, но во мне нет любви, то я в таком случае не что иное, как звенящая медь, как бряцающие тарелки.

Коли я говорю мовами людськими й ангольськими, та любови не маю, то став я як мідь та дзвінка або бубон гудячий!

Though I speak with the tongues of men and of angels, and have not charity, I am become as sounding brass, or a tinkling cymbal.

ἐὰν ται̃ς γλώσσαις τω̃ν ἀνθρώπων λαλω̃ καὶ τω̃ν ἀγγέλων ἀγάπην δὲ μὴ ἔχω γέγονα χαλκòς ἠχω̃ν ἢ κύμβαλον ἀλαλάζον

Если имею {дар} пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что {могу} и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто.

Если у меня есть дар пророчества, или мне доступны всякие тайны и всякое знание, или у меня такая вера, что я могу горы передвигать, а любви нет, — я ничто.

Если у меня есть дар пророчества и я знаю все тайны, если мне даны все знания и у меня есть вера, способная передвигать горы, а нет любви, то я ничто.

І коли маю дара пророкувати, і знаю всі таємниці й усе знання, і коли маю всю віру, щоб навіть гори переставляти, та любови не маю, то я ніщо!

And though I have the gift of prophecy, and understand all mysteries, and all knowledge; and though I have all faith, so that I could remove mountains, and have not charity, I am nothing.

καὶ ἐὰν ἔχω προφητείαν καὶ εἰδω̃ τὰ μυστήρια πάντα καὶ πα̃σαν τὴν γνω̃σιν καὶ ἐὰν ἔχω πα̃σαν τὴν πίστιν ὥστε ὄρη μεθιστάναι ἀγάπην δὲ μὴ ἔχω οὐθέν εἰμι

И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы.

И если я раздам бедным все, чем владею, и даже тело свое отдам на сожжение, а любви у меня нет — ничто мне не поможет.

Если я раздам все свое имущество и отдам мое тело на сожжение, но во мне нет любви, то ничто мне не поможет.

І коли я роздам усі маєтки свої, і коли я віддам своє тіло на спалення, та любови не маю, то пожитку не матиму жадного!

And though I bestow all my goods to feed the poor, and though I give my body to be burned, and have not charity, it profiteth me nothing.

κἂν ψωμίσω πάντα τὰ ὑπάρχοντά μου καὶ ἐὰν παραδω̃ τò σω̃μά μου ἵνα καυχήσωμαι ἀγάπην δὲ μὴ ἔχω οὐδὲν ὠφελου̃μαι

Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится,

Любовь терпелива, любовь добра, не завистлива, не хвастлива, любовь не превозносится,

Любовь терпелива, добра, она не завидует и не хвалится, она не гордится,

Любов довготерпить, любов милосердствує, не заздрить, любов не величається, не надимається,

Charity suffereth long, and is kind; charity envieth not; charity vaunteth not itself, is not puffed up,

ἡ ἀγάπη μακροθυμει̃ χρηστεύεται ἡ ἀγάπη οὐ ζηλοι̃ ἡ ἀγάπη οὐ περπερεύεται οὐ φυσιου̃ται

не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла,

не бесчинствует, любовь не себялюбива, не обидчива, не держит зла.

не может быть грубой, она не ищет выгоды себе, она не вспыльчива и не помнит зла.

не поводиться нечемно, не шукає тільки свого, не рветься до гніву, не думає лихого,

Doth not behave itself unseemly, seeketh not her own, is not easily provoked, thinketh no evil;

οὐκ ἀσχημονει̃ οὐ ζητει̃ τὰ ἑαυτη̃ς οὐ παροξύνεται οὐ λογίζεται τò κακόν

не радуется неправде, а сорадуется истине;

Любовь не радуется злу, она радуется правде.

Любовь не радуется неправде, но радуется истине.

не радіє з неправди, але тішиться правдою,

Rejoiceth not in iniquity, but rejoiceth in the truth;

οὐ χαίρει ἐπὶ τη̨̃ ἀδικία̨ συγχαίρει δὲ τη̨̃ ἀληθεία̨

все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.

Она все извиняет, всему верит, на все надеется, все переносит.

Она все покрывает, всему верит, всегда надеется, все переносит.

усе зносить, вірить у все, сподівається всього, усе терпить!

Beareth all things, believeth all things, hopeth all things, endureth all things.

πάντα στέγει πάντα πιστεύει πάντα ἐλπίζει πάντα ὑπομένει

Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится.

Любовь никогда не пройдет. Дар пророчества — исчезнет, дар языков — прекратится, знание — станет ненужным.

Любовь не перестанет существовать никогда, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и дар знания прекратится.

Ніколи любов не перестає! Хоч пророцтва й існують, та припиняться, хоч мови існують, замовкнуть, хоч існує знання, та скасується.

Charity never faileth: but whether there be prophecies, they shall fail; whether there be tongues, they shall cease; whether there be knowledge, it shall vanish away.

ἡ ἀγάπη οὐδέποτε πίπτει εἴτε δὲ προφητει̃αι καταργηθήσονται εἴτε γλω̃σσαι παύσονται εἴτε γνω̃σις καταργηθήσεται

Ибо мы отчасти знаем, и отчасти пророчествуем;

Ведь наше знание частично, и пророчество частично.

Ведь наши знания неполны, и наши пророчества частичны,

Бо ми знаємо частинно, і пророкуємо частинно;

For we know in part, and we prophesy in part.

ἐκ μέρους γὰρ γινώσκομεν καὶ ἐκ μέρους προφητεύομεν

когда же настанет совершенное, тогда то, что отчасти, прекратится.

А когда придет совершенство, все частичное исчезнет.

и когда наступит совершенство, тогда все частичное исчезнет.

коли ж досконале настане, тоді зупиниться те, що частинне.

But when that which is perfect is come, then that which is in part shall be done away.

ὅταν δὲ ἔλθη̨ τò τέλειον τò ἐκ μέρους καταργηθήσεται

Когда я был младенцем, то по-младенчески говорил, по— младенчески мыслил, по-младенчески рассуждал; а как стал мужем, то оставил младенческое.

Когда я был ребенком, я говорил как ребенок, думал как ребенок, рассуждал как ребенок. Стал взрослым — и все детское отошло.

Когда я был ребенком, я и говорил как ребенок, я и мыслил по-детски и рассуждал по-детски. Но когда я стал взрослым, то оставил все детское позади.

Коли я дитиною був, то я говорив, як дитина, як дитина я думав, розумів, як дитина. Коли ж мужем я став, то відкинув дитяче.

When I was a child, I spake as a child, I understood as a child, I thought as a child: but when I became a man, I put away childish things.

ὅτε ἤμην νήπιος ἐλάλουν ὡς νήπιος ἐφρόνουν ὡς νήπιος ἐλογιζόμην ὡς νήπιος ὅτε γέγονα ἀνήρ κατήργηκα τὰ του̃ νηπίου

Теперь мы видим как бы сквозь {тусклое} стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан.

Теперь мы видим только смутное отражение в зеркале, а тогда будем видеть лицом к лицу. Теперь мое знание частично, а тогда я буду знать так же полно, как знает меня Бог.

Мы сейчас видим неясно, как отражение в тусклом зеркале, тогда же увидим лицом к лицу. Сейчас я знаю лишь отчасти, тогда же буду знать так же совершенно, как меня знает Бог.

Отож, тепер бачимо ми ніби у дзеркалі, у загадці, але потім обличчям в обличчя; тепер розумію частинно, а потім пізнаю, як і пізнаний я.

For now we see through a glass, darkly; but then face to face: now I know in part; but then shall I know even as also I am known.

βλέπομεν γὰρ ἄρτι δι’ ἐσόπτρου ἐν αἰνίγματι τότε δὲ πρόσωπον πρòς πρόσωπον ἄρτι γινώσκω ἐκ μέρους τότε δὲ ἐπιγνώσομαι καθὼς καὶ ἐπεγνώσθην

А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше.

А вот три вещи, которые будут всегда. Это вера, надежда, любовь. Но из них больше всех любовь.

А сейчас существуют эти три: вера, надежда и любовь, но важнее из них — любовь.

А тепер залишаються віра, надія, любов, оці три. А найбільша між ними любов!

And now abideth faith, hope, charity, these three; but the greatest of these is charity.

νυνὶ δὲ μένει πίστις ἐλπίς ἀγάπη τὰ τρία ταυ̃τα μείζων δὲ τούτων ἡ ἀγάπη