1
Слова Екклесиаста, сына Давидова, царя в Иерусалиме.
Речи Проповедника, Дави́дова сына, иерусалимского царя.
Слова Екклесиаста, сына Давида, царя в Иерусалиме.
Книга Проповідника, сина Давидового, царя в Єрусалимі.
The words of the Preacher, the son of David, king in Jerusalem.
דִּבְרֵי קֹהֶלֶת בֶּן־דָּוִד, מֶלֶךְ בִּירוּשָׁלִָם׃
2
Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, — все суета!
Пустая тщета, — сказал Проповедник, — пустая тщета, все — пустое.
«Суета сует! – сказал Екклесиаст. – Суета сует, все суета!»
Наймарніша марнота, сказав Проповідник, наймарніша марнота, марнота усе!
Vanity of vanities, saith the Preacher, vanity of vanities; all is vanity.
הֲבֵל הֲבָלִים אָמַר קֹהֶלֶת, הֲבֵל הֲבָלִים הַכֹּל הָבֶל׃
3
Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под солнцем?
Какая польза человеку от всех его трудов, сколько ни трудись он под солнцем?
Что приобретает человек от всех трудов своих, которые он делает под солнцем?
Яка користь людині в усім її труді, який вона робить під сонцем?
What profit hath a man of all his labour which he taketh under the sun?
מַה־יִּתְרוֹן לָאָדָם; בְּכָל־עֲמָלוֹ, שֶׁיַּעֲמֹל תַּחַת הַשָּׁמֶשׁ׃
4
Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки.
Род уходит, и род приходит, а земля остается навек.
Поколения приходят и уходят, а земля остается навеки.
Покоління відходить, й покоління приходить, а земля віковічно стоїть!
One generation passeth away, and another generation cometh: but the earth abideth for ever.
דּוֹר הֹלֵךְ וְדוֹר בָּא, וְהָאָרֶץ לְעוֹלָם עֹמָדֶת׃
5
Восходит солнце, и заходит солнце, и спешит к месту своему, где оно восходит.
Солнце восходит, солнце заходит и спешит к месту восхода.
Солнце всходит, и солнце заходит, и вновь спешит к месту своего восхода.
І сонечко сходить, і сонце заходить, і поспішає до місця свого, де сходить воно.
The sun also ariseth, and the sun goeth down, and hasteth to his place where he arose.
וְזָרַח הַשֶּׁמֶשׁ וּבָא הַשָּׁמֶשׁ; וְאֶל־מְקוֹמוֹ, שׁוֹאֵף זוֹרֵחַ הוּא שָׁם׃
6
Идет ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своем, и возвращается ветер на круги свои.
Летит ветер к югу, поворачивает к северу — кружится, кружится ветер и возвращается на круги свои.
Летит ветер на юг, потом направляется к северу, кружится, кружится и возвращается на свои круги.
Віє вітер на південь, і на північ вертається, крутиться, крутиться він та й іде, і на круг свій вертається вітер...
The wind goeth toward the south, and turneth about unto the north; it whirleth about continually, and the wind returneth again according to his circuits.
הוֹלֵךְ אֶל־דָּרוֹם, וְסוֹבֵב אֶל־צָפוֹן; סוֹבֵב סֹבֵב הוֹלֵךְ הָרוּחַ, וְעַל־סְבִיבֹתָיו שָׁב הָרוּחַ׃
7
Все реки текут в море, но море не переполняется: к тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь.
Все потоки бегут к морю, но море не переполняется, и где бежали потоки, там побегут они вновь.
Все реки текут в море, но море не переполняется. И возвращаются реки к своим истокам, чтобы течь снова.
Всі потоки до моря пливуть, але море воно не наповнюється: до місця, ізвідки пливуть, ті потоки вони повертаються, щоб знову плисти!
All the rivers run into the sea; yet the sea is not full; unto the place from whence the rivers come, thither they return again.
כָּל־הַנְּחָלִים הֹלְכִים אֶל־הַיָּם, וְהַיָּם אֵינֶנּוּ מָלֵא; אֶל־מְקוֹם, שֶׁהַנְּחָלִים הֹלְכִים, שָׁם הֵם שָׁבִים לָלָכֶת׃
8
Все вещи — в труде: не может человек пересказать всего; не насытится око зрением, не наполнится ухо слушанием.
Все дела утомляют — не перескажешь всего. Не насытится глаз, глядя; не наполнится, слушая, ухо.
Все эти вещи утомляют: человек не может все пересказать, глаз не насытится тем, что видит, ухо не наполнится тем, что слышит.
Повні труду всі речі, людина сказати всього не потрапить! Не насититься баченням око, і не наповниться слуханням ухо...
All things are full of labour; man cannot utter it: the eye is not satisfied with seeing, nor the ear filled with hearing.
כָּל־הַדְּבָרִים יְגֵעִים, לֹא־יוּכַל אִישׁ לְדַבֵּר; לֹא־תִשְׂבַּע עַיִן לִרְאוֹת, וְלֹא־תִמָּלֵא אֹזֶן מִשְּׁמֹעַ׃
9
Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем.
Что было — то и будет, что случалось — то и случится, и нет ничего нового под солнцем.
Что было, то и будет, и что делалось, то и будет делаться опять. Нет ничего нового под солнцем!
Що було, воно й буде, і що робилося, буде робитись воно, і немає нічого нового під сонцем!...
The thing that hath been, it is that which shall be; and that which is done is that which shall be done: and there is no new thing under the sun.
מַה־שֶּׁהָיָה הוּא שֶׁיִּהְיֶה, וּמַה־שֶּׁנַּעֲשָׂה, הוּא שֶׁיֵּעָשֶׂה; וְאֵין כָּל־חָדָשׁ תַּחַת הַשָּׁמֶשׁ׃
10
Бывает нечто, о чем говорят: "смотри, вот это новое"; но {это} было уже в веках, бывших прежде нас.
Порой говорят: «Это новое, погляди!» Но и это уже бывало в прошедших веках.
Бывает такое, о чем говорят: «Смотри, вот что-то новое!» Но и это уже бывало в прежние времена, еще задолго до нас.
Буває таке, що про нього говорять: Дивись, це нове! Та воно вже було від віків, що були перед нами!
Is there any thing whereof it may be said, See, this is new? it hath been already of old time, which was before us.
יֵשׁ דָּבָר שֶׁיֹּאמַר רְאֵה־זֶה חָדָשׁ הוּא; כְּבָר הָיָה לְעֹלָמִים, אֲשֶׁר הָיָה מִלְּפָנֵנוּ׃
11
Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет, не останется памяти у тех, которые будут после.
Уже не помнят ушедших, а тех, что придут потом, не вспомнят те люди, что будут жить после них.
Никто не помнит о живших прежде, и о тех, что появятся позже, не вспомнят те, кто будет жить после них.
Нема згадки про перше, а також про наступне, що буде, про них згадки не буде між тими, що будуть потому...
There is no remembrance of former things; neither shall there be any remembrance of things that are to come with those that shall come after.
אֵין זִכְרוֹן לָרִאשֹׁנִים; וְגַם לָאַחֲרֹנִים שֶׁיִּהְיוּ, לֹא־יִהְיֶה לָהֶם זִכָּרוֹן, עִם שֶׁיִּהְיוּ לָאַחֲרֹנָה׃
12
Я, Екклесиаст, был царем над Израилем в Иерусалиме;
Я, Проповедник, был царем над Израилем в Иерусалиме.
Я, Екклесиаст, был царем над Израилем в Иерусалиме.
Я, Проповідник, був царем над Ізраїлем в Єрусалимі.
I the Preacher was king over Israel in Jerusalem.
אֲנִי קֹהֶלֶת, הָיִיתִי מֶלֶךְ עַל־יִשְׂרָאֵל בִּירוּשָׁלִָם׃
13
и предал я сердце мое тому, чтобы исследовать и испытать мудростью все, что делается под небом: это тяжелое занятие дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нем.
Устремился я сердцем к тому, чтобы изучить и разведать мудростью все дела под небом. Они — тягостная работа, что дал людям Бог на мученье.
Я посвятил себя изучению и испытанию мудростью всего, что делается под небом. Это тяжелое бремя, которое Бог возложил на людей.
І поклав я на серце своє, щоб шукати й досліджувати мудрістю все, що робилось під небом. Це праця тяжка, яку дав Бог для людських синів, щоб мозолитись нею.
And I gave my heart to seek and search out by wisdom concerning all things that are done under heaven: this sore travail hath God given to the sons of man to be exercised therewith.
וְנָתַתִּי אֶת־לִבִּי, לִדְרוֹשׁ וְלָתוּר בַּחָכְמָה, עַל כָּל־אֲשֶׁר נַעֲשָׂה תַּחַת הַשָּׁמָיִם; הוּא עִנְיַן רָע, נָתַן אֱלֹהִים לִבְנֵי הָאָדָם לַעֲנוֹת בּוֹ׃
14
Видел я все дела, какие делаются под солнцем, и вот, все — суета и томление духа!
Я видел все дела, какие творятся под солнцем, и все — пустое, все — погоня за ветром.
Я видел все, что делается под солнцем, все — суета, и все — погоня за ветром.
Я бачив усі справи, що чинились під сонцем: й ось усе це марнота та ловлення вітру!...
I have seen all the works that are done under the sun; and, behold, all is vanity and vexation of spirit.
רָאִיתִי אֶת־כָּל־הַמַּעֲשִׂים, שֶׁנַּעֲשׂוּ תַּחַת הַשָּׁמֶשׁ; וְהִנֵּה הַכֹּל הֶבֶל וּרְעוּת רוּחַ׃
15
Кривое не может сделаться прямым, и чего нет, того нельзя считать.
Кривое нельзя исправить, а то, чего нет, — не исчислить.
Кривое не выпрямить, а чего нет, того не сосчитать.
Покривленого не направиш, а неіснуючого не полічиш!
That which is crooked cannot be made straight: and that which is wanting cannot be numbered.
מְעֻוָּת לֹא־יוּכַל לִתְקֹן; וְחֶסְרוֹן לֹא־יוּכַל לְהִמָּנוֹת׃
16
Говорил я с сердцем моим так: вот, я возвеличился и приобрел мудрости больше всех, которые были прежде меня над Иерусалимом, и сердце мое видело много мудрости и знания.
Я сказал своему сердцу: «Вот, я превзошел величием и мудростью всех, кто владел Иерусалимом раньше». Много мудрости и знаний обрело мое сердце.
Я сказал себе: «Величием и мудростью я превзошел всех, кто правил Иерусалимом до меня. Я приобрел много мудрости и знаний».
Говорив я був з серцем своїм та казав: Ось я велику премудрість набув, Найбільшу за всіх, що до мене над Єрусалимом були. І бачило серце моє всяку мудрість і знання.
I communed with mine own heart, saying, Lo, I am come to great estate, and have gotten more wisdom than all they that have been before me in Jerusalem: yea, my heart had great experience of wisdom and knowledge.
דִּבַּרְתִּי אֲנִי עִם־לִבִּי לֵאמֹר, אֲנִי, הִנֵּה הִגְדַּלְתִּי וְהוֹסַפְתִּי חָכְמָה, עַל כָּל־אֲשֶׁר־הָיָה לְפָנַי עַל־יְרוּשָׁלִָם; וְלִבִּי רָאָה הַרְבֵּה חָכְמָה וָדָעַת׃
17
И предал я сердце мое тому, чтобы познать мудрость и познать безумие и глупость: узнал, что и это — томление духа;
И устремился я сердцем к тому, чтобы познать, где мудрость, а где — безумство и глупость. Узнал я, что и это — погоня за ветром.
Затем я решил узнать, в чем мудрость, а также в чем безумие и глупость, но понял, что и это погоня за ветром.
І поклав я на серце своє, щоб пізнати премудрість, і пізнати безумство й глупоту, і збагнув я, що й це все то ловлення вітру!...
And I gave my heart to know wisdom, and to know madness and folly: I perceived that this also is vexation of spirit.
וָאֶתְּנָה לִבִּי לָדַעַת חָכְמָה, וְדַעַת הוֹלֵלוֹת וְשִׂכְלוּת; יָדַעְתִּי שֶׁגַּם־זֶה הוּא רַעְיוֹן רוּחַ׃
18
потому что во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь.
В великой мудрости есть великая горесть, и кто умножит знание — умножит скорбь.
Ведь с большой мудростью приходит много печали, чем больше знаний, тем больше скорбь.
Бо при многості мудрости множиться й клопіт, хто ж пізнання побільшує, той побільшує й біль!...
For in much wisdom is much grief: and he that increaseth knowledge increaseth sorrow.
כִּי בְּרֹב חָכְמָה רָב־כָּעַס; וְיוֹסִיף דַּעַת יוֹסִיף מַכְאוֹב׃