Деяния святых апостолов | Acts | Πράξεις Ἀποστόλων, Глава 23

Русская Синодальная
Синодальный перевод Библии (1876, СП)

Русская РБО
Современный перевод Российского Библейского Общества (2011, РБО)

Русская Библия НРП
Новый русский перевод (2010, НРП)

Украинская Библия
Перевод Ивана Огиенко (1962, UBIO)

Библия короля Якова
Библия короля Якова (1769, KJV)

Оригинальный текст
Ветхий Завет на иврите (Ленинградский кодекс, 1008, WLC) и Новый Завет на греческом (издание Весткотта-Хорта, 1881, WH)

Павел, устремив взор на синедрион, сказал: мужи братия! я всею доброю совестью жил пред Богом до сего дня.

Павел, устремив глаза на членов Совета, заговорил: «Братья! Всю свою жизнь вплоть до сегодняшнего дня я служил Богу честно и добросовестно».

Павел посмотрел на членов Высшего Совета и сказал: — Братья, вплоть до сегодняшнего дня я жил с чистой совестью перед Богом.

І вп"явся очима Павло на той синедріон і промовив: Мужі-браття, я аж по сьогоднішній день жив для Бога всім добрим сумлінням!

And Paul, earnestly beholding the council, said, Men and brethren, I have lived in all good conscience before God until this day.

ἀτενίσας δὲ ὁ Παυ̃λος τω̨̃ συνεδρίω̨ εἰ̃πεν ἄνδρες ἀδελφοί ἐγὼ πάση̨ συνειδήσει ἀγαθη̨̃ πεπολίτευμαι τω̨̃ θεω̨̃ ἄχρι ταύτης τη̃ς ἡμέρας

Первосвященник же Анания стоявшим перед ним приказал бить его по устам.

Первосвященник Анания приказал служителям ударить Павла по лицу.

Тут первосвященник Анания приказал стоявшим рядом с Павлом ударить его по губам.

Але первосвященик Ананій звелів тим, що стояли при ньому, щоб били його по устах.

And the high priest Ananias commanded them that stood by him to smite him on the mouth.

ὁ δὲ ἀρχιερεὺς ’Ανανίας ἐπέταξεν τοι̃ς παρεστω̃σιν αὐτω̨̃ τύπτειν αὐτου̃ τò στόμα

Тогда Павел сказал ему: Бог будет бить тебя, стена подбеленная! ты сидишь, чтобы судить по закону, и, вопреки закону, велишь бить меня.

«А тебя ударит Бог, ты, побеленная стена! — сказал ему Павел. — Ты сидишь здесь, чтобы судить меня по Закону, а сам нарушил Закон, приказав меня бить!»

Павел тогда сказал: — Бог ударит тебя, стена ты подбеленная! Ты сидишь здесь, чтобы судить меня по Закону, а сам нарушаешь Закон, приказывая бить меня!

Тоді промовив до нього Павло: Тебе битиме Бог, ти стіно побілена... Ти ж сидиш, щоб судити мене за Законом, наказуєш бити мене проти Закону?

Then said Paul unto him, God shall smite thee, thou whited wall: for sittest thou to judge me after the law, and commandest me to be smitten contrary to the law?

τότε ὁ Παυ̃λος πρòς αὐτòν εἰ̃πεν τύπτειν σε μέλλει ὁ θεός τοι̃χε κεκονιαμένε καὶ σὺ κάθη̨ κρίνων με κατὰ τòν νόμον καὶ παρανομω̃ν κελεύεις με τύπτεσθαι

Предстоящие же сказали: первосвященника Божия поносишь?

«Ты оскорбляешь первосвященника Божьего?!» — возмутились служители.

Те, кто стоял рядом с Павлом, сказали ему: — Как ты смеешь оскорблять Божьего первосвященника?

А присутні сказали: То ти Божому первосвященикові лихословиш?

And they that stood by said, Revilest thou God's high priest?

οἱ δὲ παρεστω̃τες εἰ̃παν τòν ἀρχιερέα του̃ θεου̃ λοιδορει̃ς

Павел сказал: я не знал, братия, что он первосвященник; ибо написано: начальствующего в народе твоем не злословь.

«Братья, я не знал, что он первосвященник, — ответил Павел. — В Писании сказано: "Не говори дурно о правителе народа"».

Павел ответил: — Братья, я не знал, что он первосвященник, ведь Писание говорит: «Не говори плохо о вожде твоего народа».

І промовив Павло: Не знав я, брати, що то первосвященик. Бо написано: На начальника люду твого не лихослов.

Then said Paul, I wist not, brethren, that he was the high priest: for it is written, Thou shalt not speak evil of the ruler of thy people.

ἔφη τε ὁ Παυ̃λος οὐκ ἤ̨δειν ἀδελφοί ὅτι ἐστὶν ἀρχιερεύς γέγραπται γὰρ ὅτι ἄρχοντα του̃ λαου̃ σου οὐκ ἐρει̃ς κακω̃ς

Узнав же Павел, что {тут} одна часть саддукеев, а другая фарисеев, возгласил в синедрионе: мужи братия! я фарисей, сын фарисея; за чаяние воскресения мертвых меня судят.

Увидев, что часть Совета состоит из саддукеев, а часть — из фарисеев, Павел громко воскликнул: «Братья, я фарисей и сын фарисеев! Меня судят за то, что мы уповаем на воскресение мертвых!»

Павел знал, что одни из них были саддукеями, а другие — фарисеями, поэтому он громко сказал членам Высшего Совета: — Братья, я фарисей, сын фарисея, и меня судят за надежду на воскресение мертвых.

І Павло, спостерігши, що частина одна саддукеї, а друга фарисеї, покликнув у синедріоні: Мужі-браття, я фарисей, і син фарисея. За надію на воскресення мертвих мене судять!

But when Paul perceived that the one part were Sadducees, and the other Pharisees, he cried out in the council, Men and brethren, I am a Pharisee, the son of a Pharisee: of the hope and resurrection of the dead I am called in question.

γνοὺς δὲ ὁ Παυ̃λος ὅτι τò ἓν μέρος ἐστὶν Σαδδουκαίων τò δὲ ἕτερον Φαρισαίων ἔκραζεν ἐν τω̨̃ συνεδρίω̨ ἄνδρες ἀδελφοί ἐγὼ Φαρισαι̃ός εἰμι υἱòς Φαρισαίων περὶ ἐλπίδος καὶ ἀναστάσεως νεκρω̃ν ἐγὼ κρίνομαι

Когда же он сказал это, произошла распря между фарисеями и саддукеями, и собрание разделилось.

После этих слов между фарисеями и саддукеями начался ожесточенный спор, и собрание раскололось.

Когда он это сказал, между фарисеями и саддукеями разгорелся спор, и собрание разделилось,

Якже він це промовив, колотнеча постала поміж саддукеями та фарисеями, і розділилась юрба.

And when he had so said, there arose a dissension between the Pharisees and the Sadducees: and the multitude was divided.

του̃το δὲ αὐτου̃ εἰπόντος ἐγένετο στάσις τω̃ν Φαρισαίων καὶ Σαδδουκαίων καὶ ἐσχίσθη τò πλη̃θος

Ибо саддукеи говорят, что нет воскресения, ни Ангела, ни духа; а фарисеи признают и то и другое.

Дело в том, что саддукеи утверждают, что нет ни воскресения, ни ангелов, ни духов, а фарисеи все это признают.

потому что саддукеи говорят, что нет ни воскресения, ни ангелов, ни духов. Фарисеи же во все это верят.

Саддукеї бо твердять, що немає воскресення, ані Ангола, ані духа, фарисеї ж оце визнають.

For the Sadducees say that there is no resurrection, neither angel, nor spirit: but the Pharisees confess both.

Σαδδουκαι̃οι μὲν γὰρ λέγουσιν μὴ εἰ̃ναι ἀνάστασιν μήτε ἄγγελον μήτε πνευ̃μα Φαρισαι̃οι δὲ ὁμολογου̃σιν τὰ ἀμφότερα

Сделался большой крик; и, встав, книжники фарисейской стороны спорили, говоря: ничего худого мы не находим в этом человеке; если же дух или Ангел говорил ему, не будем противиться Богу.

Поднялся громкий крик. Несколько учителей Закона из фарисеев встали и возмущенно заявили: «Мы не находим ничего преступного в этом человеке! А вдруг с ним действительно говорил дух или ангел!»

Поднялся громкий крик, некоторые учители Закона из фарисеев встали и решительно заявили: — Мы не находим в этом человеке ничего плохого. Что, если ему говорил дух или ангел?

І галас великий зчинився. А деякі книжники, із фарисейської групи, уставши, почали сперечатися, кажучи: У чоловікові цьому ми жадного лиха не знаходимо! А коли промовляв Дух до нього, чи Ангол, не противмося Богові.

And there arose a great cry: and the scribes that were of the Pharisees' part arose, and strove, saying, We find no evil in this man: but if a spirit or an angel hath spoken to him, let us not fight against God.

ἐγένετο δὲ κραυγὴ μεγάλη καὶ ἀναστάντες τινὲς τω̃ν γραμματέων του̃ μέρους τω̃ν Φαρισαίων διεμάχοντο λέγοντες οὐδὲν κακòν εὑρίσκομεν ἐν τω̨̃ ἀνθρώπω̨ τούτω̨ εἰ δὲ πνευ̃μα ἐλάλησεν αὐτω̨̃ ἢ ἄγγελος

Но как раздор увеличился, то тысяченачальник, опасаясь, чтобы они не растерзали Павла, повелел воинам сойти взять его из среды их и отвести в крепость.

Спор разгорелся до такой степени, что трибун, опасаясь, как бы Павла не разорвали на части, приказал отряду воинов войти в зал заседания, забрать у них Павла и отвести в крепость.

Спор разгорелся настолько, что командир римского полка, опасаясь, как бы Павла не разорвали на части, приказал солдатам забрать его от них силой и увести в казарму.

А коли колотнеча велика зчинилась, то тисяцький, боячись, щоб Павла не роздерли, звелів воякам увійти та забрати його з-поміж них, і відвести в фортецю.

And when there arose a great dissension, the chief captain, fearing lest Paul should have been pulled in pieces of them, commanded the soldiers to go down, and to take him by force from among them, and to bring him into the castle.

πολλη̃ς δὲ γινομένης στάσεως φοβηθεὶς ὁ χιλίαρχος μὴ διασπασθη̨̃ ὁ Παυ̃λος ὑπ’ αὐτω̃ν ἐκέλευσεν τò στράτευμα καταβὰν ἁρπάσαι αὐτòν ἐκ μέσου αὐτω̃ν ἄγειν τε εἰς τὴν παρεμβολήν

В следующую ночь Господь, явившись ему, сказал: дерзай, Павел; ибо, как ты свидетельствовал о Мне в Иерусалиме, так надлежит тебе свидетельствовать и в Риме.

На следующую ночь Господь предстал перед Павлом. «Смелее! — сказал Он Павлу. — Как ты свидетельствовал в Иерусалиме, так должен будешь теперь свидетельствовать в Риме».

Следующей ночью перед Павлом предстал Господь и сказал: — Не бойся! Как ты свидетельствовал обо Мне в Иерусалиме, так будешь свидетельствовать и в Риме.

А наступної ночі став Господь перед ним і промовив: Будь бадьорий! Бо як в Єрусалимі про Мене ти свідчив, так треба тобі свідкувати й у Римі!

And the night following the Lord stood by him, and said, Be of good cheer, Paul: for as thou hast testified of me in Jerusalem, so must thou bear witness also at Rome.

τη̨̃ δὲ ἐπιούση̨ νυκτὶ ἐπιστὰς αὐτω̨̃ ὁ κύριος εἰ̃πεν θάρσει ὡς γὰρ διεμαρτύρω τὰ περὶ ἐμου̃ εἰς ’Ιερουσαλὴμ οὕτω σε δει̃ καὶ εἰς ’Ρώμην μαρτυρη̃σαι

С наступлением дня некоторые Иудеи сделали умысел, и заклялись не есть и не пить, доколе не убьют Павла.

С наступлением дня иудеи организовали заговор и поклялись не есть и не пить, пока не убьют Павла.

Наутро некоторые иудеи собрались и поклялись ничего не есть и не пить до тех пор, пока не убьют Павла.

А коли настав день, то дехто з юдеїв зібрались, та клятву склали, говорячи, що ні їсти, ні пити не будуть, аж доки Павла не заб"ють!

And when it was day, certain of the Jews banded together, and bound themselves under a curse, saying that they would neither eat nor drink till they had killed Paul.

γενομένης δὲ ἡμέρας ποιήσαντες συστροφὴν οἱ ’Ιουδαι̃οι ἀνεθεμάτισαν ἑαυτοὺς λέγοντες μήτε φαγει̃ν μήτε πίειν ἕως οὑ̃ ἀποκτείνωσιν τòν Παυ̃λον

Было же более сорока сделавших такое заклятие.

Таких заговорщиков было свыше сорока человек.

В заговоре участвовало более сорока человек.

А тих, що закляття таке поклали, було більш сорока.

And they were more than forty which had made this conspiracy.

ἠ̃σαν δὲ πλείους τεσσεράκοντα οἱ ταύτην τὴν συνωμοσίαν ποιησάμενοι

Они, придя к первосвященникам и старейшинам, сказали: мы клятвою заклялись не есть ничего, пока не убьем Павла.

Придя к старшим священникам и старейшинам, они сказали: «Мы клятвенно зареклись ничего в рот не брать, пока не убьем Павла.

Они пошли к первосвященникам и старейшинам и сказали: — Мы поклялись ничего не есть, пока не убьем Павла.

І вони приступили до первосвящеників та старших і сказали: Ми клятву склали нічого не їсти, аж поки заб"ємо Павла!

And they came to the chief priests and elders, and said, We have bound ourselves under a great curse, that we will eat nothing until we have slain Paul.

οἵτινες προσελθόντες τοι̃ς ἀρχιερευ̃σιν καὶ τοι̃ς πρεσβυτέροις εἰ̃παν ἀναθέματι ἀνεθεματίσαμεν ἑαυτοὺς μηδενòς γεύσασθαι ἕως οὑ̃ ἀποκτείνωμεν τòν Παυ̃λον

Итак ныне же вы с синедрионом дайте знать тысяченачальнику, чтобы он завтра вывел его к вам, как будто вы хотите точнее рассмотреть дело о нем; мы же, прежде нежели он приблизится, готовы убить его.

А теперь вам и Совету надо послать к трибуну, пусть он приведет к вам Павла, как будто вы хотите тщательнее расследовать его дело. Мы же будем наготове и расправимся с ним еще до того, как он сюда войдет».

Итак, вы и Высший Совет попросите командира римского полка привести его к вам якобы для того, чтобы поближе познакомиться с его делом. А мы будем наготове и убьем его еще до того, как он дойдет до этого места.

Отож разом із синедріоном передайте тисяцькому, щоб до вас він привів його, ніби хочете ви докладніш розізнати про нього. А ми, перше ніж він наблизиться, готові забити його...

Now therefore ye with the council signify to the chief captain that he bring him down unto you to morrow, as though ye would enquire something more perfectly concerning him: and we, or ever he come near, are ready to kill him.

νυ̃ν οὐ̃ν ὑμει̃ς ἐμφανίσατε τω̨̃ χιλιάρχω̨ σὺν τω̨̃ συνεδρίω̨ ὅπως καταγάγη̨ αὐτòν εἰς ὑμα̃ς ὡς μέλλοντας διαγινώσκειν ἀκριβέστερον τὰ περὶ αὐτου̃ ἡμει̃ς δὲ πρò του̃ ἐγγίσαι αὐτòν ἕτοιμοί ἐσμεν του̃ ἀνελει̃ν αὐτόν

Услышав о сем умысле, сын сестры Павловой пришел и, войдя в крепость, уведомил Павла.

Но об этом заговоре услышал племянник Павла, сын его сестры. Он пришел в крепость и рассказал все Павлу.

Об этом заговоре узнал племянник Павла, сын его сестры. Он пошел в казарму и рассказал об этом Павлу.

Як зачув же сестрінець Павлів про цю змову, то прибув, і ввійшов у фортецю, і Павла завідомив.

And when Paul's sister's son heard of their lying in wait, he went and entered into the castle, and told Paul.

ἀκούσας δὲ ὁ υἱòς τη̃ς ἀδελφη̃ς Παύλου τὴν ἐνέδραν παραγενόμενος καὶ εἰσελθὼν εἰς τὴν παρεμβολὴν ἀπήγγειλεν τω̨̃ Παύλω̨

Павел же, призвав одного из сотников, сказал: отведи этого юношу к тысяченачальнику, ибо он имеет нечто сказать ему.

Тот позвал одного из центурионов. «Отведи этого юношу к трибуну, — сказал он, — у него есть сообщение для него».

Тогда Павел подозвал одного из сотников и сказал ему: — Отведите этого юношу к командиру, у него есть что-то важное сказать ему.

Павло ж зараз покликав одного з сотників, та й сказав: Цього юнака запровадь до тисяцького, бо він має йому щось сказати.

Then Paul called one of the centurions unto him, and said, Bring this young man unto the chief captain: for he hath a certain thing to tell him.

προσκαλεσάμενος δὲ ὁ Παυ̃λος ἕνα τω̃ν ἑκατονταρχω̃ν ἔφη τòν νεανίαν του̃τον ἀπάγαγε πρòς τòν χιλίαρχον ἔχει γὰρ ἀπαγγει̃λαί τι αὐτω̨̃

Тот, взяв его, привел к тысяченачальнику и сказал: узник Павел, призвав меня, просил отвести к тебе этого юношу, который имеет нечто сказать тебе.

Центурион отвел его к трибуну. «Меня позвал заключенный Павел и попросил отвести к тебе этого юношу, ему надо о чем‑то с тобой поговорить», — доложил он.

Сотник отвел юношу к командиру и доложил: — Заключенный Павел позвал меня и попросил привести этого юношу к тебе. У него есть что-то важное сказать тебе.

Той же взяв його, та й запровадив до тисяцького та сказав: Павло в"язень покликав мене, і просив запровадити до тебе цього юнака, що має тобі щось сказати.

So he took him, and brought him to the chief captain, and said, Paul the prisoner called me unto him, and prayed me to bring this young man unto thee, who hath something to say unto thee.

ὁ μὲν οὐ̃ν παραλαβὼν αὐτòν ἤγαγεν πρòς τòν χιλίαρχον καὶ φησίν ὁ δέσμιος Παυ̃λος προσκαλεσάμενός με ἠρώτησεν του̃τον τòν νεανίσκον ἀγαγει̃ν πρòς σέ ἔχοντά τι λαλη̃σαί σοι

Тысяченачальник, взяв его за руку и отойдя с ним в сторону, спрашивал: что такое имеешь ты сказать мне?

Трибун взял юношу за руку и отвел в сторону. «Так что ты хотел мне сообщить?» — спросил он, оставшись с ним наедине.

Командир взял юношу за руку, отвел его в сторону и спросил: — Что ты хочешь мне сообщить?

І взяв тисяцький того за руку, і набік відвів і спитав: Що ти маєш звістити мені?

Then the chief captain took him by the hand, and went with him aside privately, and asked him, What is that thou hast to tell me?

ἐπιλαβόμενος δὲ τη̃ς χειρòς αὐτου̃ ὁ χιλίαρχος καὶ ἀναχωρήσας κατ’ ἰδίαν ἐπυνθάνετο τί ἐστιν ὃ ἔχεις ἀπαγγει̃λαί μοι

Он отвечал, что Иудеи согласились просить тебя, чтобы ты завтра вывел Павла пред синедрион, как будто они хотят точнее исследовать дело о нем.

«Иудеи сговорились просить тебя, чтобы ты завтра привел Павла в Совет, — ответил тот. — Они якобы хотят тщательнее разобраться в его деле.

Юноша сказал: — Иудеи решили просить тебя привести завтра Павла в Высший Совет якобы для того, чтобы подробнее узнать о нем.

А той розповів: Змову склали юдеї, просити тебе, щоб ти взавтра до синедріону Павла припровадив, ніби хочуть вони докладніш розпізнати про нього.

And he said, The Jews have agreed to desire thee that thou wouldest bring down Paul to morrow into the council, as though they would enquire somewhat of him more perfectly.

εἰ̃πεν δὲ ὅτι οἱ ’Ιουδαι̃οι συνέθεντο του̃ ἐρωτη̃σαί σε ὅπως αὔριον τòν Παυ̃λον καταγάγη̨ς εἰς τò συνέδριον ὡς μέλλον τι ἀκριβέστερον πυνθάνεσθαι περὶ αὐτου̃

Но ты не слушай их; ибо его подстерегают более сорока человек из них, которые заклялись не есть и не пить, доколе не убьют его; и они теперь готовы, ожидая твоего распоряжения.

Но ты им не верь! Павла будут поджидать в засаде свыше сорока человек. Они дали зарок не есть и не пить, пока не убьют его. Они уже готовы и ждут только твоего распоряжения».

Но ты этому не верь, потому что в засаде его поджидают более сорока человек. Они поклялись не есть и не пить, пока не убьют его. Они стоят наготове и только ждут твоего согласия исполнить их просьбу.

Отож, не послухайся їх, бо чигає на нього їх більш сорока чоловіка, що клятву склали ні їсти, ні пити, аж доки його не заб"ють... І тепер он готові вони, і чекають твого приречення.

But do not thou yield unto them: for there lie in wait for him of them more than forty men, which have bound themselves with an oath, that they will neither eat nor drink till they have killed him: and now are they ready, looking for a promise from thee.

σὺ οὐ̃ν μὴ πεισθη̨̃ς αὐτοι̃ς ἐνεδρεύουσιν γὰρ αὐτòν ἐξ αὐτω̃ν ἄνδρες πλείους τεσσεράκοντα οἵτινες ἀνεθεμάτισαν ἑαυτοὺς μήτε φαγει̃ν μήτε πιει̃ν ἕως οὑ̃ ἀνέλωσιν αὐτόν καὶ νυ̃ν εἰσιν ἕτοιμοι προσδεχόμενοι τὴν ἀπò σου̃ ἐπαγγελίαν

Тогда тысяченачальник отпустил юношу, сказав: никому не говори, что ты объявил мне это.

«Никому не проговорись, что ты мне это рассказал», — ответил трибун и отпустил юношу.

Командир полка отпустил юношу, дав ему наказ: — Никому не говори о том, что ты только что мне рассказал.

Тоді тисяцький відпустив юнака, наказавши йому не розповідати ані одному, що мені ти це виявив.

So the chief captain then let the young man depart, and charged him, See thou tell no man that thou hast shewed these things to me.

ὁ μὲν οὐ̃ν χιλίαρχος ἀπέλυσε τòν νεανίσκον παραγγείλας μηδενὶ ἐκλαλη̃σαι ὅτι ταυ̃τα ἐνεφάνισας πρός με

И, призвав двух сотников, сказал: приготовьте мне воинов {пеших} двести, конных семьдесят и стрелков двести, чтобы с третьего часа ночи шли в Кесарию.

Затем он позвал к себе двух центурионов и приказал: «Приведите в готовность двести воинов и еще семьдесят всадников и двести легковооруженных. В девять часов вечера они должны отправиться в Кесарию.

Затем командир вызвал двух сотников и приказал им: — Подготовьте двести солдат, семьдесят всадников и двести копьеносцев для выхода в Кесарию через три часа после того, как стемнеет.

І він закликав котрихсь двох із сотників, і наказа: Пришикуйте на третю годину вночі дві сотні вояків, щоб іти до Кесарії, і кіннотчиків сімдесят, та дві сотні стрільців.

And he called unto him two centurions, saying, Make ready two hundred soldiers to go to Caesarea, and horsemen threescore and ten, and spearmen two hundred, at the third hour of the night;

καὶ προσκαλεσάμενος δύο τινὰς τω̃ν ἑκατονταρχω̃ν εἰ̃πεν ἑτοιμάσατε στρατιώτας διακοσίους ὅπως πορευθω̃σιν ἕως Καισαρείας καὶ ἱππει̃ς ἑβδομήκοντα καὶ δεξιολάβους διακοσίους ἀπò τρίτης ὥρας τη̃ς νυκτός

Приготовьте также ослов, чтобы, посадив Павла, препроводить его к правителю Феликсу.

Приготовьте лошадей для Павла и доставьте его к прокуратору Феликсу целым и невредимым».

Приготовьте Павлу коня и смотрите, чтобы Павел был в безопасности доставлен к наместнику Феликсу.

Приготуйте також в"ючаків і Павла посадіть, і здоровим його проведіть до намісника Фелікса.

And provide them beasts, that they may set Paul on, and bring him safe unto Felix the governor.

κτήνη τε παραστη̃σαι ἵνα ἐπιβιβάσαντες τòν Παυ̃λον διασώσωσι πρòς Φήλικα τòν ἡγεμόνα

Написал и письмо следующего содержания:

Он написал письмо такого содержания:

И он написал такое письмо:

І листа написав він такого ось змісту:

And he wrote a letter after this manner:

γράψας ἐπιστολὴν ἔχουσαν τòν τύπον του̃τον

"Клавдий Лисий достопочтенному правителю Феликсу - радоваться.

«Клавдий Лисий приветствует сиятельного прокуратора Феликса.

«От Клавдия Лисия достопочтенному Феликсу, наместнику Рима. Приветствую тебя.

Клавдій Лісій намісникові вседостойному Феліксові поздоровлення!

Claudius Lysias unto the most excellent governor Felix sendeth greeting.

Κλαύδιος Λυσίας τω̨̃ κρατίστω̨ ἡγεμόνι Φήλικι χαίρειν

Сего человека Иудеи схватили и готовы были убить; я, придя с воинами, отнял его, узнав, что он Римский гражданин.

Этот человек был схвачен иудеями, и они собирались его убить. Но я с отрядом воинов отбил его, узнав, что он римский гражданин.

Этот человек был схвачен иудеями, и они собирались уже убить его, но я подоспел с воинами и спас его, так как узнал, что он римский гражданин.

Цього мужа, що його юдеї схопили були та хотіли забити, урятувава я, із вояками прийшовши, довідавшися, що він римлянин.

This man was taken of the Jews, and should have been killed of them: then came I with an army, and rescued him, having understood that he was a Roman.

τòν ἄνδρα του̃τον συλλημφθέντα ὑπò τω̃ν ’Ιουδαίων καὶ μέλλοντα ἀναιρει̃σθαι ὑπ’ αὐτω̃ν ἐπιστὰς σὺν τω̨̃ στρατεύματι ἐξειλάμην μαθὼν ὅτι ’Ρωμαι̃ός ἐστιν

Потом, желая узнать, в чем обвиняли его, привел его в синедрион их

Пожелав выяснить, в чем его обвиняют, я привел его в их Совет.

Желая узнать, в чем они его обвиняют, я привел его в их Высший Совет.

І хотів я довідатися про причину, що за неї його оскаржали, та й привів був його до їхнього синедріону.

And when I would have known the cause wherefore they accused him, I brought him forth into their council:

βουλόμενός τε ἐπιγνω̃ναι τὴν αἰτίαν δι’ ἣν ἐνεκάλουν αὐτω̨̃ κατήγαγον εἰς τò συνέδριον αὐτω̃ν

и нашел, что его обвиняют в спорных мнениях, касающихся закона их, но что нет в нем никакой вины, достойной смерти или оков.

Я обнаружил, что он не совершил ничего, что заслуживало бы смерти или тюремного заключения: обвинения против него касаются лишь спорных вопросов их Закона.

Я понял, что обвинение связано со спорными вопросами их Закона и что он не виновен ни в чем, заслуживающем смерти или тюремного заключения.

Я знайшов, що його винуватять у спірних речах їхнього Закону, і що провини не має він жадної, вартої смерти або ланцюгів.

Whom I perceived to be accused of questions of their law, but to have nothing laid to his charge worthy of death or of bonds.

ὃν εὑ̃ρον ἐγκαλούμενον περὶ ζητημάτων του̃ νόμου αὐτω̃ν μηδὲν δὲ ἄξιον θανάτου ἢ δεσμω̃ν ἔχοντα ἔγκλημα

А как до меня дошло, что Иудеи злоумышляют на этого человека, то я немедленно послал его к тебе, приказав и обвинителям говорить на него перед тобою. Будь здоров".

Получив сведения, что против него существует заговор, я немедленно отослал его к тебе и сообщил его обвинителям, что они должны будут изложить свои обвинения перед тобой».

Мне также стало известно, что против него составлен заговор, и я сразу же отослал его к тебе, велев обвинителям представить тебе обвинения против него».

Як донесли ж мені про ту змову, що юдеї вчинили на мужа цього, я зараз до тебе його відіслав, наказавши також позивальникам, щоб перед тобою сказали, що мають на нього. Будь здоровий!

And when it was told me how that the Jews laid wait for the man, I sent straightway to thee, and gave commandment to his accusers also to say before thee what they had against him. Farewell.

μηνυθείσης δέ μοι ἐπιβουλη̃ς εἰς τòν ἄνδρα ἔσεσθαι ἐξαυτη̃ς ἔπεμψα πρòς σέ παραγγείλας καὶ τοι̃ς κατηγόροις λέγειν τὰ πρòς αὐτòν ἐπὶ σου̃

Итак воины, по {данному} им приказанию, взяв Павла, повели ночью в Антипатриду.

Воины, в соответствии с полученным приказом, взяли Павла и ночью доставили в Антипатри́ду.

Солдаты, выполняя приказ, взяли Павла и повели его ночью в Антипатриду.

Отож вояки, як наказано їм, забрали Павла, і вночі попровадили в Антипатриду.

Then the soldiers, as it was commanded them, took Paul, and brought him by night to Antipatris.

οἱ μὲν οὐ̃ν στρατιω̃ται κατὰ τò διατεταγμένον αὐτοι̃ς ἀναλαβόντες τòν Παυ̃λον ἤγαγον διὰ νυκτòς εἰς τὴν ’Αντιπατρίδα

А на другой день, предоставив конным идти с ним, возвратились в крепость.

На следующий день, отправив с ним всадников, они вернулись в крепость;

На следующий день они отправили его с всадниками дальше, а сами возвратились в казарму.

А другого дня, полишивши кіннотчиків, щоб ішли з ним, у фортецю вони повернулись.

On the morrow they left the horsemen to go with him, and returned to the castle:

τη̨̃ δὲ ἐπαύριον ἐάσαντες τοὺς ἱππει̃ς ἀπέρχεσθαι σὺν αὐτω̨̃ ὑπέστρεψαν εἰς τὴν παρεμβολήν

А те, придя в Кесарию и отдав письмо правителю, представили ему и Павла.

всадники же, прибыв в Кесарию, вручили прокуратору письмо и передали ему Павла.

Когда всадники прибыли в Кесарию, они отдали наместнику письмо и передали ему Павла.

А ті прибули в Кесарію, і, листа передавши намісникові, поставили також Павла перед ним.

Who, when they came to Caesarea, and delivered the epistle to the governor, presented Paul also before him.

οἵτινες εἰσελθόντες εἰς τὴν Καισάρειαν καὶ ἀναδόντες τὴν ἐπιστολὴν τω̨̃ ἡγεμόνι παρέστησαν καὶ τòν Παυ̃λον αὐτω̨̃

Правитель, прочитав письмо, спросил, из какой он области, и, узнав, что из Киликии, сказал:

Прокуратор, прочитав письмо, спросил Павла, из какой он провинции, и, узнав, что из Киликии,

Наместник прочитал письмо и спросил Павла, из какой он провинции. Узнав, что Павел из Киликии,

Намісник листа прочитав і спитав, із якого він краю. А довідавшись, що з Кілікії, промовив:

And when the governor had read the letter, he asked of what province he was. And when he understood that he was of Cilicia;

ἀναγνοὺς δὲ καὶ ἐπερωτήσας ἐκ ποίας ἐπαρχείας ἐστὶν καὶ πυθόμενος ὅτι ἀπò Κιλικίας

я выслушаю тебя, когда явятся твои обвинители. И повелел ему быть под стражею в Иродовой претории.

сказал: «Я выслушаю твое дело, когда сюда явятся твои обвинители». И он приказал держать Павла под стражей во дворце Ирода.

он сказал: — Я выслушаю тебя, когда сюда придут твои обвинители, — и приказал содержать Павла под стражей во дворце Ирода.

Я тебе переслухаю, як прийдуть і твої позивальники. І звелів стерегти його в Іродовому преторії.

I will hear thee, said he, when thine accusers are also come. And he commanded him to be kept in Herod's judgment hall.

διακούσομαί σου ἔφη ὅταν καὶ οἱ κατήγοροί σου παραγένωνται κελεύσας ἐν τω̨̃ πραιτωρίω̨ του̃ ’Ηρώ̨δου φυλάσσεσθαι αὐτόν