1
Надежда тщетна: не упадешь ли от одного взгляда его?
Тщетны такие надежды! Один его вид повергает в трепет.
Пуста надежда его поймать, от одного его вида падешь.
Тож надія твоя неправдива, на сам вигляд його упадеш.
Behold, the hope of him is in vain: shall not one be cast down even at the sight of him?
הֵן־תֹּחַלְתּוֹ נִכְזָבָה; הֲגַם אֶל־מַרְאָיו יֻטָל׃
2
Нет столь отважного, который осмелился бы потревожить его; кто же может устоять перед Моим лицем?
Так кто же дерзнет его раздразнить, кто станет пред ним лицом к лицу?
Нет таких смельчаков, кто бы потревожил его; кто же тогда способен предстать передо Мной?
Нема смільчака, щоб його він збудив, а хто ж перед обличчям Моїм зможе стати?
None is so fierce that dare stir him up: who then is able to stand before me?
לֹא־אַכְזָר כִּי יְעוּרֶנּוּ; וּמִי הוּא, לְפָנַי יִתְיַצָּב׃
3
Кто предварил Меня, чтобы Мне воздавать ему? под всем небом все Мое.
"Кто выйдет мне навстречу — поплатится. Все, что есть под небесами, — Мое!"
Кто Мне что-либо дал, что Я остался ему должен? Все, что под небесами, — Мое.
Хто вийде навпроти Мене й буде цілий? Що під небом усім це Моє!
Who hath prevented me, that I should repay him? whatsoever is under the whole heaven is mine.
מִי הִקְדִּימַנִי וַאֲשַׁלֵּם; תַּחַת כָּל־הַשָּׁמַיִם לִי־הוּא׃
4
Не умолчу о членах его, о силе и красивой соразмерности их.
Не умолчу о частях его тела, об их мощи и ладном строении.
Не умолчу о членах его, о силе его и о дивной стати.
Не буду мовчати про члени його, про стан його сили й красу його складу.
I will not conceal his parts, nor his power, nor his comely proportion.
לֹא־ (לוֹ־) אַחֲרִישׁ בַּדָּיו; וּדְבַר־גְּבוּרוֹת, וְחִין עֶרְכּוֹ׃
5
Кто может открыть верх одежды его, кто подойдет к двойным челюстям его?
Кто поднимет край его одежды, пронзит двойную его броню?
Кто снимет с него верхнюю одежду? Кто пронзит его двойную броню?
Хто відкриє поверхню одежі його? Хто підійде коли до двійних його щелепів?
Who can discover the face of his garment? or who can come to him with his double bridle?
מִי־גִלָּה פְּנֵי לְבוּשׁוֹ; בְּכֶפֶל רִסְנוֹ, מִי יָבוֹא׃
6
Кто может отворить двери лица его? круг зубов его — ужас;
Кто распахнет врата его пасти? Ужасом веет от его зубов!
Кто распахнет врата его пасти, что зубами ужасными окружена?
Двері обличчя його хто відчинить? Навколо зубів його жах!
Who can open the doors of his face? his teeth are terrible round about.
דַּלְתֵי פָנָיו מִי פִתֵּחַ; סְבִיבוֹת שִׁנָּיו אֵימָה׃
7
крепкие щиты его — великолепие; они скреплены как бы твердою печатью;
На его спине — ряды щитов, скрепленных плотно, как печатью;
На спине у него — щитов ряды, скрепленные намертво, как печатью.
Його спина канали щитів, поєднання їх крем"яная печать.
His scales are his pride, shut up together as with a close seal.
גַּאֲוָה אֲפִיקֵי מָגִנִּים; סָגוּר, חוֹתָם צָר׃
8
один к другому прикасается близко, так что и воздух не проходит между ними;
сомкнуты они друг с другом — и воздух не пройдет между ними;
Каждый из них так подогнан к другому, что не пройдет меж ними воздух.
Одне до одного доходить, а вітер між ними не пройде.
One is so near to another, that no air can come between them.
אֶחָד בְּאֶחָד יִגַּשׁוּ; וְרוּחַ, לֹא־יָבוֹא בֵינֵיהֶם׃
9
один с другим лежат плотно, сцепились и не раздвигаются.
один к другому прижат, сцеплены они неразрывно.
Накрепко сбиты они друг с другом, примкнули друг к другу, и не расторгнуть их.
Одне до одного притверджені, сполучені, і не відділяться.
They are joined one to another, they stick together, that they cannot be sundered.
אִישׁ־בְּאָחִיהוּ יְדֻבָּקוּ; יִתְלַכְּדוּ, וְלֹא יִתְפָּרָדוּ׃
10
От его чихания показывается свет; глаза у него как ресницы зари;
Чихнет он — молния сверкает, глаза его — словно очи Зари;
Когда он чихает — блистает свет, его глаза, как лучи зари.
Його чхання засвічує світло, а очі його як повіки зорі світової!
By his neesings a light doth shine, and his eyes are like the eyelids of the morning.
עֲטִישֹׁתָיו תָּהֶל אוֹר; וְעֵינָיו, כְּעַפְעַפֵּי־שָׁחַר׃
11
из пасти его выходят пламенники, выскакивают огненные искры;
из пасти вырывается пламя, рассыпаются огненные искры;
Пышет из его пасти огонь и разлетаются искры.
Бухає полум"я з пащі його, вириваються іскри огненні!
Out of his mouth go burning lamps, and sparks of fire leap out.
מִפִּיו לַפִּידִים יַהֲלֹכוּ; כִּידוֹדֵי אֵשׁ, יִתְמַלָּטוּ׃
12
из ноздрей его выходит дым, как из кипящего горшка или котла.
из его ноздрей поднимается дым, как от котла, кипящего над очагом;
Из его ноздрей валит дым, как из котла, что клокочет над пламенем тростника.
Із ніздер його валить дим, немов з того горшка, що кипить та біжить.
Out of his nostrils goeth smoke, as out of a seething pot or caldron.
מִנְּחִירָיו יֵצֵא עָשָׁן; כְּדוּד נָפוּחַ וְאַגְמֹן׃
13
Дыхание его раскаляет угли, и из пасти его выходит пламя.
его дыхание воспламеняет угли, пламя из пасти пышет!
Раздувает угли его дыхание, и из пасти его пышет пламя.
Його подих розпалює вугіль, і бухає полум"я з пащі його.
His breath kindleth coals, and a flame goeth out of his mouth.
נַפְשׁוֹ גֶּחָלִים תְּלַהֵט; וְלַהַב, מִפִּיו יֵצֵא׃
14
На шее его обитает сила, и перед ним бежит ужас.
В его шее таится сила, пляшет пред ним ужас.
В его шее обитает сила, ужас бежит перед ним.
Сила ночує на шиї його, а страх перед ним утікає.
In his neck remaineth strength, and sorrow is turned into joy before him.
בְּצַוָּארוֹ יָלִין עֹז; וּלְפָנָיו, תָּדוּץ דְּאָבָה׃
15
Мясистые части тела его сплочены между собою твердо, не дрогнут.
Мясистые его части сочленены так крепко, что их не поколебать;
Крепко спаяна его плоть, словно литая, не поколеблется.
М"ясо нутра його міцно тримається, воно в ньому тверде, не хитається.
The flakes of his flesh are joined together: they are firm in themselves; they cannot be moved.
מַפְּלֵי בְשָׂרוֹ דָבֵקוּ; יָצוּק עָלָיו, בַּל־יִמּוֹט׃
16
Сердце его твердо, как камень, и жестко, как нижний жернов.
твердо его сердце, словно камень, словно мельничный жернов.
Сердце его твердо, как камень, твердо, как нижний мельничный жернов.
Його серце, мов з каменя вилите, і тверде, як те долішнє жорно!
His heart is as firm as a stone; yea, as hard as a piece of the nether millstone.
לִבּוֹ יָצוּק כְּמוֹ־אָבֶן; וְיָצוּק, כְּפֶלַח תַּחְתִּית׃
17
Когда он поднимается, силачи в страхе, совсем теряются от ужаса.
Страшатся его появления даже боги, отступают перед натиском его.
Когда он встает, содрогаются сильные; они от ужаса обезумели.
Як підводиться він, перелякуються силачі, та й ховаються з жаху.
When he raiseth up himself, the mighty are afraid: by reason of breakings they purify themselves.
מִשֵּׂתוֹ יָגוּרוּ אֵלִים; מִשְּׁבָרִים, יִתְחַטָּאוּ׃
18
Меч, коснувшийся его, не устоит, ни копье, ни дротик, ни латы.
Не поможет против него ни меч, ни копье, ни дротик, ни стрела;
Меч, что коснется его, не преуспеет; не возьмут его ни копье, ни дротик, ни пика.
Той меч, що досягне його, не встоїть, ані спис, ані ратище й панцер.
The sword of him that layeth at him cannot hold: the spear, the dart, nor the habergeon.
מַשִּׂיגֵהוּ חֶרֶב בְּלִי תָקוּם; חֲנִית מַסָּע וְשִׁרְיָה׃
19
Железо он считает за солому, медь — за гнилое дерево.
железо он считает соломой, бронзу — деревом гнилым.
Железо с соломою он равняет, а бронзу — с трухлявым деревом.
За солому залізо вважає, а мідь за гнилу деревину!
He esteemeth iron as straw, and brass as rotten wood.
יַחְשֹׁב לְתֶבֶן בַּרְזֶל; לְעֵץ רִקָּבוֹן נְחוּשָׁה׃
20
Дочь лука не обратит его в бегство; пращные камни обращаются для него в плеву.
Не обратят его в бегство стрелы лучника, камни из пращи для него — что мякина;
Не обратят его в бегство стрелы, камни пращников для него, как мякина.
Син лука, стріла, не примусит увтікати його, каміння із пращі для нього зміняється в сіно.
The arrow cannot make him flee: slingstones are turned with him into stubble.
לֹא־יַבְרִיחֶנּוּ בֶן־קָשֶׁת; לְקַשׁ, נֶהְפְּכוּ־לוֹ אַבְנֵי־קָלַע׃
21
Булава считается у него за соломину; свисту дротика он смеется.
дубину он примет за соломинку, свист дротика ему смешон.
Как солома ему булава, он над свистом копья смеется.
Булаву уважає він за соломинку, і сміється із посвисту ратища.
Darts are counted as stubble: he laugheth at the shaking of a spear.
כְּקַשׁ נֶחְשְׁבוּ תוֹתָח; וְיִשְׂחַק, לְרַעַשׁ כִּידוֹן׃
22
Под ним острые камни, и он на острых камнях лежит в грязи.
Его брюхо — что острые черепки, боронит он ими грязь.
Чешуя на его брюхе подобна острым черепкам, он на грязь налегает, как молотильная доска.
Під ним гостре череп"я, лягає на гостре, немов у болото.
Sharp stones are under him: he spreadeth sharp pointed things upon the mire.
תַּחְתָּיו חַדּוּדֵי חָרֶשׂ; יִרְפַּד חָרוּץ עֲלֵי־טִיט׃
23
Он кипятит пучину, как котел, и море претворяет в кипящую мазь;
Заставляет он пучину бурлить, как котел, превращает море в горшок с кипящим зельем;
Кипятит он пучину, как котел, заставляет море бурлить, как кипящая мазь.
Чинить він, що кипить глибочінь, мов горня, і обертає море в окріп.
He maketh the deep to boil like a pot: he maketh the sea like a pot of ointment.
יַרְתִּיחַ כַּסִּיר מְצוּלָה; יָם, יָשִׂים כַּמֶּרְקָחָה׃
24
оставляет за собою светящуюся стезю; бездна кажется сединою.
светящийся след он оставляет за собой, и кажется, что бездна седой стала.
За ним остается светящийся след, бездна кажется пеной белой.
Стежка світить за ним, а безодня здається йому сивиною.
He maketh a path to shine after him; one would think the deep to be hoary.
אַחֲרָיו יָאִיר נָתִיב; יַחְשֹׁב תְּהוֹם לְשֵׂיבָה׃
25
Нет на земле подобного ему; он сотворен бесстрашным;
Нет на земле подобного ему — создания, которому страх неведом;
Нет ему равного на земле – он сотворен бесстрашным,
Немає подоби йому на землі, він безстрашним створений,
Upon earth there is not his like, who is made without fear.
אֵין־עַל־עָפָר מָשְׁלוֹ; הֶעָשׂוּ, לִבְלִי־חָת׃
26
на все высокое смотрит смело; он царь над всеми сынами гордости.
на все свысока он взирает, всем сынам гордости он царь».
На все надменное свысока он смотрит – он царит над всем горделивым.
він бачить усе, що високе, він цар над усім пишним звір"ям!
He beholdeth all high things: he is a king over all the children of pride.
אֵת־כָּל־גָּבֹהַּ יִרְאֶה; הוּא, מֶלֶךְ עַל־כָּל־בְּנֵי־שָׁחַץ׃