1
Посылайте агнцев владетелю земли из Селы в пустыне на гору дочери Сиона;
Властителю земли отправьте в дар баранов — из Се́лы, через пустыню, на холм дочери Сиона!
— Посылайте ягнят в дань правителю страны, из Селы через пустыню на гору дочери Сиона. –
Овечки пошліть власникові землі, із Сели на пустиню, на гору Сіонської дочки.
Send ye the lamb to the ruler of the land from Sela to the wilderness, unto the mount of the daughter of Zion.
שִׁלְחוּ־כַר מֹשֵׁל־אֶרֶץ מִסֶּלַע מִדְבָּרָה; אֶל־הַר בַּת־צִיּוֹן׃
2
ибо блуждающей птице, выброшенной из гнезда, будут подобны дочери Моава у бродов Арнонских.
У брода через Арно́н моавитянки будут как бесприютные птицы, выброшенные из гнезда.
Как бьющая крыльями птица, выброшенная из гнезда – женщины-моавитянки у бродов Арнона.
І станеться, мов те сполошене птаство, з кубла повигонене, будуть дочки Моавські при бродах Арнону:
For it shall be, that, as a wandering bird cast out of the nest, so the daughters of Moab shall be at the fords of Arnon.
וְהָיָה כְעוֹף־נוֹדֵד קֵן מְשֻׁלָּח; תִּהְיֶינָה בְּנוֹת מוֹאָב, מַעְבָּרֹת לְאַרְנוֹן׃
3
"Составь совет, постанови решение; осени нас среди полудня, как ночью, тенью твоею, укрой изгнанных, не выдай скитающихся.
«Постановите, решите: пусть ваша тень, словно ночь, даст защиту в полуденный зной! Беженцев ты укрой, скитальца не лишай защиты!
— Дай нам совет, прими решение. Сделай в полдень тень свою ночи подобной. Спрячь изгнанников, не выдавай скитальцев.
Подай раду, зроби присуд, учини нічну тінь свою повного полудня, сховай вигнаних, біженця не видавай...
Take counsel, execute judgment; make thy shadow as the night in the midst of the noonday; hide the outcasts; bewray not him that wandereth.
הָבִיאוּ (הָבִיאִי) עֵצָה עֲשׂוּ פְלִילָה, שִׁיתִי כַלַּיִל צִלֵּךְ בְּתוֹךְ צָהֳרָיִם; סַתְּרִי נִדָּחִים, נֹדֵד אַל־תְּגַלִּי׃
4
Пусть поживут у тебя мои изгнанные Моавитяне; будь им покровом от грабителя: ибо притеснителя не станет, грабеж прекратится, попирающие исчезнут с земли.
Моавских беженцев приюти, укрой от того, кто ограбил их!» Когда угнетатели сгинут и прекратится грабеж, когда уже не будут они землю эту топтать —
Дай моавским изгнанникам остаться у тебя; стань им убежищем от губителя. Когда притеснителю придет конец, прекратится опустошение и в стране сгинут расхитители.
Нехай мешкають в тебе вигнанці Моаву, стань їм захистом перед грабіжником, бо не стало насильника, скінчився грабунок, загинув топтач із землі...
Let mine outcasts dwell with thee, Moab; be thou a covert to them from the face of the spoiler: for the extortioner is at an end, the spoiler ceaseth, the oppressors are consumed out of the land.
יָגוּרוּ בָךְ נִדָּחַי, מוֹאָב הֱוִי־סֵתֶר לָמוֹ מִפְּנֵי שׁוֹדֵד; כִּי־אָפֵס הַמֵּץ כָּלָה שֹׁד, תַּמּוּ רֹמֵס מִן־הָאָרֶץ׃
5
И утвердится престол милостью, и воссядет на нем в истине, в шатре Давидовом, судия, ищущий правды и стремящийся к правосудию".
верностью тогда утвердится престол, и на нем, в шатре Давида, будет всегда восседать судья — чтобы творить справедливость, неустанно вершить правый суд.
Тогда верностью утвердится престол в шатре Давида, и воссядет на него в истине правитель, ищущий справедливость, спешащий творить праведность.
І буде утверджений милістю трон, і сяде на ньому у правді в наметі Давида суддя, що дбатиме за правосуддя та буде в справедливості вправний.
And in mercy shall the throne be established: and he shall sit upon it in truth in the tabernacle of David, judging, and seeking judgment, and hasting righteousness.
וְהוּכַן בַּחֶסֶד כִּסֵּא, וְיָשַׁב עָלָיו בֶּאֱמֶת בְּאֹהֶל דָּוִד; שֹׁפֵט וְדֹרֵשׁ מִשְׁפָּט וּמְהִר צֶדֶק׃
6
"Слыхали мы о гордости Моава, гордости чрезмерной, о надменности его и высокомерии и неистовстве его: неискренна речь его".
Слышали мы про гордость Моава (о, как он горд!) — про его наглость, гордость, ярость, пустую хвастливость!
Слышали мы о гордости Моава, о его непомерной гордости и тщеславии, о гордости его и о наглости, – но пуста его похвальба.
Ми чули про гордість Моава, що гордий він дуже, про сваволю його й його гордість, про лютість його, про неслушні його нісенітниці...
We have heard of the pride of Moab; he is very proud: even of his haughtiness, and his pride, and his wrath: but his lies shall not be so.
שָׁמַעְנוּ גְאוֹן־מוֹאָב גֵּא מְאֹד; גַּאֲוָתוֹ וּגְאוֹנוֹ וְעֶבְרָתוֹ לֹא־כֵן בַּדָּיו׃
7
Поэтому возрыдает Моав о Моаве, — все будут рыдать; стенайте о твердынях Кирхарешета: они совершенно разрушены.
Вот за это Моаву пришлось оплакивать себя: рыдает весь Моав! Несчастные, как вы скорбите по изюмным сластям Кир–Харе́сета!
Поэтому плачут моавитяне, все вместе оплакивают Моав. Плачьте, сраженные горем, вспоминая прекрасные лепешки с изюмом из Кир-Харесета.
Буде тому голосити Моав над Моавом, увесь голосити він буде! За паляницями з грон Кір-Харесету плакати будуть насправді побиті,
Therefore shall Moab howl for Moab, every one shall howl: for the foundations of Kirhareseth shall ye mourn; surely they are stricken.
לָכֵן, יְיֵלִיל מוֹאָב לְמוֹאָב כֻּלֹּה יְיֵלִיל; לַאֲשִׁישֵׁי קִיר־חֲרֶשֶׂת תֶּהְגּוּ אַךְ־נְכָאִים׃
8
Поля Есевонские оскудели, также и виноградник Севамский; властители народов истребили лучшие лозы его, которые достигали до Иазера, расстилались по пустыне; побеги их расширялись, переходили за море.
Виноградники Хешбо́на погибли, погибла лоза Сивмы́! А ведь некогда от этой лозы пьянели владыки народов. Тянулась она до Язе́ра — и далее, по пустыне. Разрастались побеги ее, протягивались за море!
Поля Хешбона засохли и виноградные лозы Сивмы. Вожди народов растоптали лучшие лозы, что тянулись некогда до Иазера, простирались к пустыне. Побеги их расширялись и достигали моря.
бо посохли хешбонські поля, і виноградник Сівми; володарі народів понищили грозна добірні, які до Язеру сягали й зникали в пустині; галузки ж його розтягалися, і море вони перейшли.
For the fields of Heshbon languish, and the vine of Sibmah: the lords of the heathen have broken down the principal plants thereof, they are come even unto Jazer, they wandered through the wilderness: her branches are stretched out, they are gone over the sea.
כִּי שַׁדְמוֹת חֶשְׁבּוֹן אֻמְלָל גֶּפֶן שִׂבְמָה, בַּעֲלֵי גוֹיִם הָלְמוּ שְׂרוּקֶּיהָ, עַד־יַעְזֵר נָגָעוּ תָּעוּ מִדְבָּר; שְׁלֻחוֹתֶיהָ, נִטְּשׁוּ עָבְרוּ יָם׃
9
Посему {и} я буду плакать о лозе Севамской плачем Иазера, буду обливать тебя слезами моими, Есевон и Елеала; ибо во время собирания винограда твоего и во время жатвы твоей нет более шумной радости.
Плачу и я вместе с Язером над лозою Сивмы. Пусть оросят вас мои слезы, о Хешбо́н и Эльале́! Ни в пору летнего сбора плодов, ни в пору жатвы возгласов радостных у вас не слышно.
И я плачу, как плачет Иазер, о лозах Сивмы. О, Хешбон и Елеала, орошу вас слезами! Над твоими созревшими плодами, над твоим поспевшим зерном стихли радости крики.
Тому то язерським плачем буду плакати за виноградину Сівми. Сльозою своєю тебе орошу, о Хешбоне й Ел"але, бо крик бою напав на твій збір та на жниво твоє.
Therefore I will bewail with the weeping of Jazer the vine of Sibmah: I will water thee with my tears, O Heshbon, and Elealeh: for the shouting for thy summer fruits and for thy harvest is fallen.
עַל־כֵּן אֶבְכֶּה בִּבְכִי יַעְזֵר גֶּפֶן שִׂבְמָה, אֲרַיָּוֶךְ דִּמְעָתִי, חֶשְׁבּוֹן וְאֶלְעָלֵה; כִּי עַל־קֵיצֵךְ וְעַל־קְצִירֵךְ הֵידָד נָפָל׃
10
Исчезло с плодоносной земли веселье и ликование, и в виноградниках не поют, не ликуют; виноградарь не топчет винограда в точилах: Я прекратил ликование.
Стихли в садах ваших ликование и веселье, в виноградниках смолкли песни и восклицанья. Не топчут ягод в давильнях, возгласы радостные прекратились.
Веселье и радость ушли из садов, никто не поет, не шумит в виноградниках и в давильнях не топчет вино, и радости шумной положен конец.
І буде забрана радість та втіха із саду, а по виноградниках пісні не буде й не здійметься окрик. Вина по чавилах не буде топтати чавильник, окрик радости Я припинив!
And gladness is taken away, and joy out of the plentiful field; and in the vineyards there shall be no singing, neither shall there be shouting: the treaders shall tread out no wine in their presses; I have made their vintage shouting to cease.
וְנֶאֱסַף שִׂמְחָה וָגִיל מִן־הַכַּרְמֶל, וּבַכְּרָמִים לֹא־יְרֻנָּן לֹא יְרֹעָע; יַיִן, בַּיְקָבִים לֹא־יִדְרֹךְ הַדֹּרֵךְ הֵידָד הִשְׁבַּתִּי׃
11
Оттого внутренность моя стонет о Моаве, как гусли, и сердце мое — о Кирхарешете.
Мое сердце, как арфа, о Моаве стонет, душа моя стонет о Кир–Хе́ресе!
Плачет сердце мое о Моаве, как арфа, и душа — о Кир-Харесете.
Тому то в жалобі звучать про Моав мої нутрощі, мов би та арфа, а нутро моє про Кір-Херес.
Wherefore my bowels shall sound like an harp for Moab, and mine inward parts for Kirharesh.
עַל־כֵּן מֵעַי לְמוֹאָב, כַּכִּנּוֹר יֶהֱמוּ; וְקִרְבִּי לְקִיר חָרֶשׂ׃
12
Хотя и явится Моав, и будет до утомления {подвизаться} на высотах, и придет к святилищу своему помолиться, но ничто не поможет.
Явятся моавитяне в святилище свое, сил не будут жалеть; придут они в Храм свой молиться, но это им не поможет!
Если Моав явится и станет изводить себя в капище, если он придет на возвышенности в свое святилище молиться – прока не будет.
І буде, як виявиться, що змучивсь на взгір"ї Моав, і ввійде молитись у святиню свою, та він не осягне нічого.
And it shall come to pass, when it is seen that Moab is weary on the high place, that he shall come to his sanctuary to pray; but he shall not prevail.
וְהָיָה כִי־נִרְאָה כִּי־נִלְאָה מוֹאָב עַל־הַבָּמָה; וּבָא אֶל־מִקְדָּשׁוֹ לְהִתְפַּלֵּל וְלֹא יוּכָל׃
13
Вот слово, которое изрек Господь о Моаве издавна.
Такое слово о Моаве Господь изрек прежде.
Таково слово, которое Господь сказал о Моаве в прошлом.
Оце слово, яке говорив був віддавна Господь про Моава.
This is the word that the LORD hath spoken concerning Moab since that time.
זֶה הַדָּבָר, אֲשֶׁר דִּבֶּר יְהוָה אֶל־מוֹאָב מֵאָז׃
14
Ныне же так говорит Господь: чрез три года, считая годами наемничьими, величие Моава будет унижено со всем великим многолюдством, и остаток {будет} очень малый и незначительный.
А ныне Господь говорит: «Через три года — считая так, как считают годы при найме работников, — слава моавитян обратится в позор. Сколь бы ни были они многочисленны, уцелеет лишь малый остаток, ничтожный и слабый».
Но теперь Господь говорит: — Точно через три года, как если бы работник считал свой срок работы, слава Моава и все множество его народа погибнут, а уцелевшие будут малочисленны и слабы.
А тепер Господь каже, говорячи: За три роки, однакові з літами наймита, буде зневажена слава Моава з усім велелюддям його, а позосталість мала та дрібна, невелика!
But now the LORD hath spoken, saying, Within three years, as the years of an hireling, and the glory of Moab shall be contemned, with all that great multitude; and the remnant shall be very small and feeble.
וְעַתָּה, דִּבֶּר יְהוָה לֵאמֹר, בְּשָׁלֹשׁ שָׁנִים כִּשְׁנֵי שָׂכִיר, וְנִקְלָה כְּבוֹד מוֹאָב, בְּכֹל הֶהָמוֹן הָרָב; וּשְׁאָר מְעַט מִזְעָר לוֹא כַבִּיר׃